Спасая Маму

Что тут непонятного? Если на тебя не обращают внимания, значит, ты не интересна. Трудно понять?! Но ты не успокаиваешься и появляешься везде, куда приезжаю я. Если уж ты такая непонятливая, я тебе прямо скажу: не лезь ко мне! Не лезь в мою жизнь. Ты мне не нужна и никогда не будешь нужна. И мою маму не беспокой. Она тебе не поможет. Ты только разозлишь меня. Если всё поняла, тогда вали отсюда и никогда больше не попадайся мне на глаза!

Марина выбежала из комнаты вся в слезах. Фёдор несколько раз чертыхнулся, а потом быстро оделся и вышел.

Спустя минуту все услышали шум отъезжающей машины. Все догадались, что Фёдор внезапно уехал. Василий бросил на жену осуждающий взгляд.

– Я же предупреждал! – только и сказал он.

Зоя встала из-за стола и бросилась на поиски сестры. Она нашла её в бане. Марина рыдала взахлеб. Зоя села рядом с ней, обняла за плечи и начала успокаивать.

– За что… он… со мной… так, – раздался сквозь плач горестный голос, – Фёдор говорил такие ужасные слова…такие ужасные слова…он меня презирает… Зоя! Презирает…

Глава 6

Подготовка

В тот миг, когда машина Фёдора отъезжала от дачи Крапивиных, туда подъехал чёрный внедорожник с затемнёнными стёклами.

Спустя минуту после того во дворе раздался женский голос:

– Егор! К тебе гости приехали!

Егор Крапивин вышел из калитки и наткнулся на двух элегантных мужчин в чёрных костюмах. Один был невысокого роста, смуглый, с глубоко посаженными глазами и выступающими скулами. Второй – худощавый, высокий с уродливым кривым шрамом под нижней губой.

Завидев их, Егор Крапивин схватился за верхний край калитки и замер. На побледневшем лице отразился неподдельный испуг.

– Помнишь нас? – спросил высокий. – Моя фамилия Кортнев. А это мой напарник Хашуров. Мы навещали тебя недавно.

– Зачем вы приехали? – выдавил из себя Егор Крапивин.

Кортнев подошёл к нему вплотную и, сверля глазами, процедил сквозь зубы:

– У нас к тебе один вопрос появился. Маслозавод не давит карманы?

– Я уже всё вам сказал.

Маслозавод не отдам! – Егор Крапивин старался говорить решительно, но голос временами дрожал, выдавая сильное напряжение, которое являлось следствием страха.

– Конечно, отдашь. Мы ломали ребят покруче. А знаешь, как? Хотя нет. Не скажу. Пусть будет для тебя сюрпризом.

– Не бычься, – грубо бросил Хашуров, – отдашь маслозавод и проблемы закончатся. А начнёшь бычка изображать, всё отберём. Сам будешь просить, чтобы забрали. Время до завтра!

– Соглашайся.