Сага о Башмачниках

Китти бросила самодовольный взгляд на Викторию. И этот взгляд перехватил Джон Фаунторп. Ему показалось интересным вызвать на разговор Викторию. Если где-то ещё существовали такие высокие понятия как нравственность и скромность, именно эта девушка их и олицетворяла.

– Достаточно понятно! Возможно, ваша кузина желает высказаться по этому поводу? Мисс Виктория Ратклифф! Вы согласны с мнением мисс Фелбс?

– Нет! – коротко ответила Виктория.

– Нет? – перепросил Джон Фаунторп. – Вы не желаете разъяснить значение этого слова в русле темы нашего урока?

Виктория Ратклифф очаровательно покраснела, попыталась ответить, но так и не смогла.

Вокруг неё раздался лёгкий смех.

– Моя дражайшая кузина не считает возможным употреблять такого рода слова как «любовник или любовница», – насмешливо ответила за неё Китти Фелбс. – Для неё брак нечто вроде святого Грааля.

На этот раз Виктория не стала отмалчиваться.

– Отношения любого рода между мужчиной и женщиной, за исключением тех, которые одобрены родителями, и освящены перед лицом Господа – не могут иметь места в нашей жизни.

– Хорошо сказано, – одобрительно отозвался Джон Фаунторп. – Ну а ка же чувства? Любовь?

– Да уж, просвети нас, кузина, – насмешливо поддакнула Китти.

– Мы должны любить супругов, которых выбирают для нас родители! – ответила на это Виктория.

– Выходит, мне не суждено выйти замуж, – с притворной печалью промолвила Китти. – У меня же нет родителей. Кто же мне будет указывать, какого мужа любить?

Почти все девушки рассмеялись.

Даже мисс Лауп не удержалась от улыбки.

Виктория смешалась. Меньше всего она желал задеть чувства кузины. Она тут же принесла ей свои извинения. Но Китти ответила по привычке, насмешливо:

– Не стоит извиняться, кузина. Мы все осведомлены о вашей преданности родителям. К сожалению, мало кто из нас способен похвастать столь же завидной покорностью.

Джон Фаунторп не желал смущать Викторию новыми вопросами, поэтому обратился к другим воспитанницам.

Ответы последовали один за другим. Слово за слово завязался оживлённый разговор, который быстро перерос в жаркую дискуссию. Джон Фаунторп наблюдал за ученицами с откровенным удовольствием. Живой разговор, споры, откровенное изложение взглядов, именно то, что он и хотел видеть. Они должны были не только учиться, но и думать, чтобы находить правильные ответы, которые даже он не мог подсказать. От него не укрылось почти незаметное событие.