Дыхание бури

Сжигаемый нервным волнением после жуткого сна, а теперь и злостью на брата, я поплёлся следом, спотыкаясь обо все мыслимые и немыслимые препятствия, словно всё было против меня в этот день. Дед и брат несколько раз оборачивались и с недоумением смотрели на меня. Наконец, пройдя знакомый участок леса, мы вышли на полянку, которой я ещё не видел. Она была окружена высокими стволами кедров, словно высаженных ровно про кругу на разном расстоянии друг от друга в каком-то хаотичном порядке.

– Примите волчий облик! – приказал дед.

 – И бегом вокруг поляны, змейкой между деревьями! Александр, старайся не отставать!

Я не уследил взглядом, когда Ярик успел перекинуться зверем. Пока снимал своё тряпьё, на меня уже с недовольством глядел молодой пепельный волк и нетерпеливо переминался с лапы на лапу.

Совершив оборот, так же хмуро поглядел на двоюродного брата.

Нас ожидало что-то вроде соревнования.

Дед дал отмашку, и мы помчались вокруг поляны, петляя между деревьями.

Ярику это давалось легче лёгкого, мне же пришлось мобилизовать все свои силы, чтоб не ударить лицом в грязь перед дедом.

Брат всё время был впереди, петляя меж стволов, нёсся, словно ветер, могучими лапами отталкиваясь от земли и забрасывая меня вылетающими из-под них комьями песка и земли, мелкими веточками, прошлогодней хвоей и шишками. Казалось, что он делал это специально. Как я ни старался, догнать пепельного волчонка не получалось.Создавалось ощущение, что его скорость постоянно увеличивалась.

Он просто меня дразнил, не давая даже приблизиться.

Я мчал на переделе своих возможностей. Горло горело от нехватки кислорода, тело работало из последних сил, предчувствуя не хилый откат. Решил, что если не обгоню его в эту секунду, то в следующую упаду без сил, как вдруг Ярик снова осыпал меня градом из песка и прошлогодней хвои. Мусор попал в глаза, и ничего не видя, но всё еще по инерции мчась, я с размаху влетел в широкий ствол дерева, чуть не размозжив себе голову.

От удара на некоторое время померкло в глазах. Чувствовалось жжение в боку от глубоких царапин. К счастью, хоть кости были целы.

Ярослав затормозил и, вернувшись, стоял надо мной, широко расставив лапы и глядя с верху вниз с презрением.

– Живой? – дед задумчиво глядел на меня. – Вставай!

Поднимаясь, решил не показывать своей усталости и злости. Шатаясь подошёл к деду.