Дыхание бури

Оборот он тоже не совершал, и с годами росла уверенность, что его больше нет, потому что невозможно не использовать дар. И, вдруг, впервые за много лет, он совершает оборот, я понимаю, где его искать, но это место далеко. У Святослава было много времени, чтоб снова затаиться, но он и не думал прятаться, он ждал нас. Знал, что я могу убить, но не стал убегать. Там был и его сын, который уже в младенчестве по преданию должен был голыми руками душить медведей и каждую ночь выкашивать по деревне.

Но он не показался мне чудовищем. Это обычный мальчик. Больше всего меня поразило то, что этот мальчик готов был умереть. Конечно, я не смог сделать то, что должен был. Этот мальчик показался мне ещё большим волком, чем был я сам, но то, что было у него на душе – вселенская боль, от того, что он другой, чем кто бы то ни было – ещё более прибавило к нему уважения. Поэтому я позвал их в стаю. А теперь вам решать.

– Я не согласен! – рявкнул мой дед.

– Ладно, Ратмир, я понимаю, почему ты так поступил, но разве можем мы принять их в стаю.

Неизвестно, как этот юноша себя поведёт, – сказал один из волков, рыжий мужчина лет тридцати, сидящий напротив Ратмира.

– Что если до поры до времени он волк, а потом проявится жажда крови? – добавил другой, примерно такого же возраста, но светловолосый волк.

– Что же, давайте спросим у него самого, что он думает об этом, – предложил один из старших, и все волки, и молодые, и старые, даже глубокие седовласые старики повернули свои головы в мою сторону и уставились на меня строгими глазами.

Растерянно смотря на присутствующих, не сразу сообразил, что сказать. На меня смотрели десятки пар глаз, кто с презрением, кто укоризненно, словно я собирался сделать какую-то гадость, а не просто произнести несколько слов. От напряжённого внимания не сразу собрался с мыслями. Мне помог Ратмир, приободрив меня словами:

– Александр, тебе слово.

– Я не знаю, что сказать, – хрипло произнёс.

– Убеди нас в том, что ты не кощей.

– Как мне убедить вас в том, в чём сам не уверен? Я полукровка, и этого не исправить. Я всегда буду на перепутье, всегда на острие. Но кто бы что ни говорил, вампиров я ненавижу, так же как и вы. Но даже вы в волчьей ипостаси едите сырое мясо с кровью. А я не переношу даже её вида.

– У него стоит барьер! – сказал Ратмир, Сущность оборотня блокирует все проявления вампира.