Огненная кровь. Том 1

И времени прошло уже почти месяц, но Иррис не знала, чем себя занять. В тот день она стояла в библиотеке перед стеллажом с книгами, бесцельно переставляла их местами. Даррен подошёл сзади и сначала вроде бы хотел помочь, вот только стоял слишком близко, и дыхание его почти касалось щеки. А потом внезапно обнял её за талию, впившись поцелуем прямо в плечо…

А дальше всё было как в бреду.

Она нащупала пальцами деревянную подставку для конвертов и ножей и ударила его по лицу с размаху. Дважды. От неожиданности удар вышел слишком сильным.

Что поделать, в этом тётя права, у неё, и правда, бешеный нрав. Хотя отец говорил, что нрав у неё совсем как у её матери – чистый ветер.

Но кто поступил бы иначе?

Она разбила ему нос, оцарапала щёку и ухо. И, кажется, ругнулась неподобающим леди образом.

А Даррен словно обезумел. Сказал, что это сопротивление даже нравится ему, хотел её догнать. Но когда она схватила со стены арбалет Эрхарда, его прыть поубавилась. Все знали, как метко она стреляет.

Тогда Даррен кричал, что проучит её, что обдерёт, как липку, что оставит без единой леи.

Он хотел, чтобы она просила прощения. Чтобы приползла на коленях. А она не стала.

Тётя хочет, чтобы она была гибкой.

Но она не гибкая. Ложиться в постель с ублюдочным деверем ради того, чтобы он отписал ей побольше денег – нет, она не смогла. Ушла, хлопнув дверью.

И ещё в одном тётя права – у неё, и правда, непрактичный ум. Когда она собирала вещи, покидая дом Эрхарда, горничная посочувствовала ей. И оказалось, о том, что Даррен был не на шутку увлечён женой брата, знал весь дом.

Что он грезил ею со дня помолвки. Это знал каждый слуга в доме, даже конюх. Даже молочник, который приезжал по утрам со свежими сливками. Знали все в округе. Кроме Иррис.

А она была слепа! Но откуда ей было знать?

Ей казалось, они друзья. Их объединило горе, и он проявлял участие. Понимал её.

Но разве это объяснишь тёте? Она скажет – сама виновата, раз виновата даже в том, что не успела за год родить сына.

Да какой там год! Эрхард ушёл на войну после восьми месяцев их брака, и не потому, что Иррис была плохой женой.

Его дядя – генерал Альба – попросил. И всего-то на год в интендантскую службу, а потом ему обещали повышение и место при дворе. Никто и не думал, что погибнет он в первом же походе под каменным обвалом, устроенным айяаррами в ущелье слишком далеко от линии фронта.

Но оправдываться было бессмысленно. Тётя Огаста приняла решение, и у Иррис выбора не осталось.