Вересковый мед

Лишь когда силы её иссякли, он крякнул в кулак и произнёс как ни в чём не бывало:

– Прооралась? А теперь сядь и послушай, – он подошёл и, положив ей на плечи свои большие руки, толкнул обратно на стул. – Сдохнуть-то проще всего. И кабы ты была какой-нибудь прачкой или торговкой, то, как говорится, сама дура – хоть в омут, хоть в болото. Но ты не прачка, и не торговка. Ты – наследница Янтарного трона. И ты в ответе за свой народ. Ты когда добиралась сюда, видела, наверное, что осталось от нашей страны? Лохмотья! Балейра почти пала.

И если мы и дальше будем сопротивляться, если тавиррцы и дальше будут истреблять дочерей янтаря и вереска, от нашей земли совсем ничего не останется. Я был в тех местах, где нет уже ни одной фрэйи, знаешь, что я там видел? Сумрачный лес. Язвы в земле. Ушла трава, и деревья… звери, птицы. Остались только камни… пепел и туман. И лучше в тот туман не заходить никому живому. – Он отошёл к окну и отвернулся. Постоял, скрестив руки на груди, а потом произнёс тише: – Твой отец принял бы в итоге такое же решение.

– Но зачем я нужна королю Раймунду, если ты и так решил сдать Балейру! – воскликнула Эрика, не совсем понимая, к чему ведёт дядя.

– Король не хочет получить просто голую землю. Он хочет сохранить нашу магию…

– Он для этого отправляет на костёр одну фрэйю за другой? – криво усмехнулась Эрика. – Чтобы сохранить нашу магию?

– Все совершают ошибки.

– Ты словно защищаешь его! О, Триединая мать! – Эрика вскинула голову и спросила, глядя на дядю с прищуром: – А зачем вообще королю нужна именно я? Я же теперь никто.

Сирота. Ни дома, ни земель… Балейру ты и так хочешь сдать. Зачем ему на мне жениться?

– Не кипятись. Условия мирного договора таковы, что это именно ты, как наследница Янтарного трона, сдашь ему Балейру и присоединишь наши земли к Тавирре. Ты поставишь подпись на мирном договоре. А ещё поделишься с королём своим Даром, передав его вашим детям – потомкам короля Раймунда, – с этими словами Тревор Нье'Лири обернулся.

 – Король Раймунд хочет обладать магией Лесного народа, только так он согласен оставить фрэйям жизнь.

– Ни за что! – горько, но твёрдо выдохнула Эрика.

– Тогда вся Балейра погибнет. Сожгут каждую фрэйю, какую найдут. Мужчин убьют, чтобы некому было продолжить имена наших кланов, а девушек… Думаю, ты догадываешься, что с ними станет. Или ты можешь их всех спасти.