Мне всегда будет 44

Она и сама собирает девушек на «каз омэсе» – помочи, на которых молодухи под веселые разговоры ощипывают гусей. В эти дни дом наполняется перьями и говором молодых голосов, звучат песни, озвучиваются сердечные тайны, от души и до души протягиваются незримые нити. А потом, в парилке бани Флора учит девушек уходу за собой. Сначала отмыться до скрипа душистым мылом, потом пропариться, выйти выпить чая с липовыми цветками. Пройтись по телу березовым веником, открыв каждую пору тела. Затем натереться молотым кофе вместо скраба, нанести мед – нехитрые секреты молодости тела.

А для души – разговоры о важном. Она учит быть женщиной – желанной, мудрой, стильной, учит мыслить, разговаривать и одеваться. Это их женский клуб со своим spa-салоном, о которых она читала в книгах. Но все же она знает, что рано или поздно они переедут в город, чего требует статус мужа. И, возможно, поэтому она спешит насладиться каждым днем, проведенном на природе, заполненный от рассвета до заката разными хлопотами.

«Унган» – мастерица на все руки – это качество особо ценится в татарках наряду с чистоплотностью и аккуратностью. А она обладает не только этими качествами, и знает себе цену.

– Флора, ты самая красивая, самая умная, самая нежная и лучезарная, – нашептывает ей муж, когда гости расходятся.

И она верит каждому его слову, счастливо откидываясь на ястык – большую подушку в половину кровати. «Я счастлива. Я любима. Я со всем справилась. Я дома», – с этими мыслями Флора безмятежно засыпает.

Глава 6. После. Август 1996

Я просыпаюсь дома. И это моя новая жизнь. Первым просыпается сердце:

– Как Альфред?.

– Поправляется, – отвечает мама.

Она здесь, не отходит от меня. Второй просыпается боль. Она никуда не делась. Потом просыпается все остальное – кроме моих ног. Они остаются неподвижными. «Это временно», – утешаю я сама себя и улыбаюсь маме. «Мы живы! Мы дома!» Мои родные по-прежнему рядом. Вместо больничных стен – родные привычные стены дома, в котором я выросла.

Вместо медсестер – близкие мне люди. Самое страшное – позади. Все будет хорошо! С этими мыслями я отгоняю боль и мрак. В окно светит августовское солнце, кидая светлые пятна на стены и устланные дорожками полы.

– Балам, что ты хочешь сегодня поесть? Что приготовить? – суетится мама.

«Еда? – изумленно думаю я. – Разве мне сейчас до еды?»

– Тебе нужны силы, значит надо есть! – отвечает на мои невысказанные мысли мама.