Мне всегда будет 44

«Не надо, пусть спят», – говорит Флора. И она опять уходит на кухню – убрать за гостями, спокойно выпить чашечку чая с медом, проанализировать прошедший день – и подготовиться к следующему дню, в который она снова вступит уверенной поступью женщины, которой нечего стыдиться.

Глава 10. После. Ноябрь 1996

Мне стыдно. Кажется, впервые в жизни мне стыдно – за себя, за людей вокруг, за происходящее. Я впервые выехала из дома одна. Выехала, чтобы, как раньше, посмотреть на первый щедро выпавший снег, полюбоваться заснеженным городом, вдохнуть свежего морозного воздуха.

Зима в этом году наступила рано, и ноябрьский снег, так красиво укрывший межсезонную грязь слякотных дорог и переулков, так искристо легший на крыши и капоты машин, сыграл со мной злую шутку. Колеса то скользили по льду, в который превратились мокрые тротуары, то застревали в снегу. И вот я, уставшая и промокшая от усилий, застряла у очередного сугроба, не в силах преодолеть маленькое препятствие на своем пути. Никогда еще я не ощущала себя такой беспомощной и жалкой! Люди шли мимо и жалостливо смотрели на меня, не понимая, почему я остановилась. «Это вам должно быть стыдно, а не мне, – думала я в отчаянии. – Это вы, здоровые и сильные, проходите мимо моей беды!» «Могу я Вам чем-то помочь?» – наконец надо мной склонился хорошо одетый мужчина. «Да, пожалуйста, помогите мне миновать этот барьер. Эта поездка превратилась в бег с препятствиями», – пытаюсь весело ответить я. Он легко поднимает меня вместе с коляской и переносит через сугроб и светло улыбается мне. «Спасибо! Пусть Вам вернется добром!» – говорю я и тоже улыбаюсь. Он еще минуту-другую смотрит на меня и тепло говорит: «Вы очень красивая женщина. И очень решительная. Надо же выйти на прогулку в такой день, когда ходить-то сложно. Хорошего Вам дня!». «И Вам!» – искренне отвечаю я и долго смотрю на его удаляющуюся широкую спину. А люди продолжают идти мимо, спеша по своим делам и неуклюже поскальзывая на ледяных островках. Я медленно качусь по привычным улицам и совершенно обессиленная возвращаюсь к дому. Дети уже должны вернуться с учебы, и помогут мне добраться до лифта. Пандусов у подъездов пока нет, и переносить меня с креслом им придется на руках. Но не зря же они столько лет ходили в спортивные секции!

Вечером я рассказываю пришедшему с работы Альфреду об этой ситуации. «Тебе не надо выезжать одной, – говорит он. Бери с собой хотя бы Галию, я договорюсь с ней об этом. Или жди возвращения сыновей.