Курортный роман

Яна продолжала движение энергайзером, захватывая все большую область пространства вокруг себя. Неожиданно слева от них проявился пляжный зонтик, под которым на лежаке загорала блондинка с пышными, почти рубенсовскими формами.

Она находилась совсем близко. Лежала и потягивала коктейль через две соломинки. Вдруг она отставила на пляжный столик стакан и что-то закричала. Это было понятно по движениям губ и мимике лица. Но ни ее голос, ни какие-либо другие звуки Рома не слышал. Непроизвольно он поднес руки к ушам, но пальцы лишь скользнули по гладкой поверхности шара.

Вдруг блондинка вскочила с лежанки и бросилась в направлении Ромы с Яной. Рома не успел отпрянуть, но женщина прошла сквозь него, как будто его и не было вовсе. Рома и Яна как по команде обернулись. За спиной было все то же оранжевое море и фиолетовый песок. Яна направила энергайзер туда, и картинка начала меняться.

Наконец в поле проявки снова попала та самая блондинка. Она тащила упиравшегося всеми четырьмя мальчишку лет трех-четырех.

Вслед ему летели камешки и ракушки. Бросавшего их не было видно, он был за пределами проявки. Там заканчивался естественно желтый песок и опять шла фиолетовая полоска прибоя, на которой плескалось оранжевое море.

Женщина теперь вместе с ребенком также бесцеремонно прошествовала сквозь Рому с Яной обратно под свой зонтик. Картинка с кусочком реального мира вдруг выключилась.

Яна аннигилировала окуляфандеры. Звуки вновь наполнили мир. Они с Ромой остались на пляже, а Ари, переживая из-за Мискама, ушла в хаус.

На небе вдруг снова появилась точка, очень быстро превратившаяся в тот же скутер, что и в прошлый раз. Из него деловито выскочили Мискам с Лиахимом.

– Пришелец, – с излишним пафосом обратился Мискам к Роме, – понимаешь ли ты мою речь?

Транслейтер, закрепленный у Ромы в ухе не был синхронным переводчиком. Перевод происходил не в приборе, а непосредственно в Ромином мозгу. Он слышал именно то, что говорили эти люди с теми эмоциями, которые они вкладывали в слова, но та абракадабра, которая попадала ему в уши, в мозгу трансформировалась в привычные слова и понятия.

– Да как же тебя понять, коли ты ничего не говоришь! – пошутил Рома, отвечая цитатой из известного фильма и по ходу соображая, что никому, кроме него, здесь этот тонкий юмор не понятен.

– Тебе надо поехать с нами, – сказал Мискам.

– Да что ты с ним возишься, – раздраженно сказал Лиахим.