Дар Павшего: Восход Чёрного Солнца

Это самое полотно было частью замысла по превращению «скромного» и ничем среди домов соседей не выделявшегося четырёхэтажного домика с бассейном и теннисным кортом в настоящий дворец восточного султана, разумеется, с мраморным фонтаном и псевдомесопотамскими мозаичными фресками, сделанными, между прочим, по спецзаказу в Италии.

Ценник за эти манипуляции выглядел очень даже приличным, и между мужчинами разыгрался нешуточный спор за потенциальное рабочее место. В конце концов Семён, благодаря гораздо большему опыту, победил.

Богатый клиент выбрал его, но Семёну так понравилась целеустремлённость конкурента, что Семён решил дать Абашину несколько смежных заданий по объекту. Будучи одним из лучших художественных работников всего Дальнего Востока, Новиков вполне мог себе это позволить. Так и началось.

В процессе выполнения этого нетривиального рабочего проекта сначала они поняли, что друг друга стоят как специалисты, а затем начали всерьёз и надолго дружить на благодатной почве совпадения взглядов на жизнь.

В свободное от работы время новоиспечённые друзья принялись немедленно исполнять одно из старых желаний Николая – осуществить пеший подъём на Облачную гору.

И вот, сегодня, по условиям туроператора, к восьми вечера им необходимо было добраться до перевалочного лагеря. Но друзья не спешили, наслаждаясь каждым глотком чистого горного воздуха. Коля продолжил беседу:

– Ты же, кажется, даже в самих Альпах бывал, а восторгаешься этим местом.

Ты патриот нашего края, однако!

– Это ты про ту мою конференцию? – спросил Семён с легкой одышкой: тропа пошла резко вверх.

– Да. Там тоже ничего, но, как по мне, Приморье – роднее. Потому-то я там и не остался. Хоть и звали. Скучно у них в европах, пресно. Как-то так…

Товарищи прошли ещё несколько сотен метров, вглядываясь в густой хвойный лес на склоне.

– А ты в курсе, что здесь можно гималайского медведя встретить?

– Да, слышал, что бывали такие случаи, но нечасто.

Николай улыбнулся:

– Боишься косолапого? Что собираешься делать в случае чего?

– Знаешь ли, я – человек искусства, а раньше был человеком науки. Так что, учитывая мои антропометрические данные, шанс победить в прямой схватке взрослого гималайского медведя – не более двенадцати с половиной процентов. Поэтому остаётся только стоять да воздух портить. Авось побрезгует.

Семён был интересным собеседником и вообще удивительным человеком.