Аутодафе

Во времена моей молодости чужака уже посадили бы на кол, и женщины сдирали бы с него кожу, чтобы сделать ухажерам памятные браслеты. А теперь женщины больше любят золото, а ухажеры – слабаки. Так чего они тебя пустили? Что ты им наплел?

– Я пришел с Завуссом.

– А… – разочарованно протянул старикан. – Этот похотливый бурдюк жира. По мне, так он какое-то мелкое отродье, а не бог. Но все равно… я бы тебя сюда не подпустил.

– Значит, мне вроде как повезло, что твое время прошло.

– Клянусь богами – да. Разбил бы тебе башку молотом прямо на этом булыжнике.

Старый хрыч оказался сварливым болтуном, и, пока я заканчивал фигуру, он пообещал мне, наверное, сто тысяч вариантов смерти и, не переставая, бухтел, как хорошо было в его времена.

Наконец камень налился опаловым цветом и начал хрустально звенеть. Киорр и его дружки, забыв о страхе, подошли и уставились на невиданное зрелище. Когда алтарь стал прежним, сын вождя глумливо поинтересовался:

– Теперь скажешь мне, что я должен тебе десять золотых, потому что ты убил темную душу? Думаешь смутить меня каким-то сиянием? Я с детства вижу, как по лесу летают огни и мерцают деревья.

– Это мера предосторожности, чтобы здесь никогда не появилось то, что пожрет вас вместе с женами и детьми в одну из ночей, – ответил я ему. – Я сделал это совершенно бесплатно.

– Нет у нас в деревне никаких духов, воин с тьмой, так что перестань пользоваться магией, иначе я отрублю тебе руки.

– Тогда ты опечалишь Завусса, и он лишит вас своего благословения.

– Да ну?

– Вот тут один старикан говорит, что ты его внук. – Я не обратил внимания на скептический тон викта.

– Ищи дурака! Мой дед утонул далеко в море десять лет назад! Его так и не нашли.

– Тупая собачья задница! – сплюнул водорослями старик, с которым мы так мило говорили возле алтаря. – Я напился и упал с лодки в одном полете стрелы от берега. Уж как-нибудь на сушу я выберусь, даже мертвым. А он небось у себя в штанах даже трезвым найти ничего не может!

Я многообещающе улыбнулся Киорру:

– С душами шутки плохи.

Викт засопел и с подозрением сказал:

– Если он здесь, пусть скажет, куда спрятал горшок с золотом, наследством для моего отца? Мы всей родней его искали.

– Недоумок, да простят меня боги! Такой же недоумок, как его отец и мой сын! Чтобы его хвостатая рыба с потрохами сожрала! – возопил старик, потрясая кулаком.