Аутодафе

– Кто, куда, откуда? – произнес капрал в заляпанном жиром мундире.

Мы были одеты наемниками южного Обернау. Таких ни с кем не спутаешь – короткие дутые штаны с тигровыми полосами, яркие рейтузы малинового цвета, темно-лиловые шапероны, и на кожаных куртках нашиты цветные ленточки разной длины.

– Сам, что ли, не видишь? – спросил у него Рансэ.

– Вижу. Только чего вам тут надо, никак не пойму. В Прогансу нет войны.

– Мы по приглашению герцога Авонского. Его отряду нужны опытные солдаты.

Капрал мрачно посмотрел на женственного стража.

– Бумаги есть?

Я протянул подорожную, выправленную на гербовой бумаге и украшенную настоящей печатью. Где Братство умудрилось ее достать, для меня было загадкой. Капрал кисло изучил ее, ковырнул ногтем указательного пальца, вернул обратно.

– Ты похож на альбаландца, парень. Ваших в моей стране не любят.

– Я из западного Бьюргона, – ответил я, меняя акцент. – Этих свиней и у нас не жалуют.

– Пять суо с каждого за въезд в страну, и можете проваливать.

Несколько медяков им на вино было не слишком большой платой, так что мы не стали возражать, и Рансэ, шевеля губами, отсчитал в потную ладонь солдата монетки.

– Лучше бы вам найти другую дорогу, – сказал нам капрал на прощание, убирая заработок в карман. – Тракт порядком заброшен и с осени неспокоен.

– Мы не боимся.

Он скривился, но уговаривать нас не стал. Счел, что раз мы такие идиоты, то это не его проблема.

Целый день мы ехали по пустой дороге, находящейся в отвратительном состоянии. Большинство мостов через овраги, ручьи и мелкие речушки почти развалились, и частенько приходилось спешиваться, брать лошадей под уздцы, для того чтобы перевести их на другой берег вброд.

– В этом году, похоже, были сильные паводки, – сказал Рансэ, следуя сразу за Пугалом, которое, в отличие от нас, не боялось замочить ноги. – Давно не случалось таких снежных зим.

Проповедник, крутившийся, как всегда, неподалеку, согласно заворчал.

– Я слышал о твоей истории с маркграфом Валентином. Его нашли на полу собственной спальни заколотым, точно свинью. Вполне заслуженная смерть для того, кто убивал стражей. – Мой спутник выбрался на берег, вылил из сапог воду. – Молодец. Уважаю. А вот клирики – ублюдки. Они когда-нибудь заплатят за то, что отказались помогать нам.

Несмотря на свою внешнюю мягкость, Рансэ был жестоким и мстительным.