Единство

Хотя на арест они бы вряд ли решились. Слишком уж многое умеет Учитель. Скорее всего, его бы сразу ликвидировали.

– Запомни, Петя, – говорил Глеб Владиславович Кирсанову, – Восприимчивые в этом мире могут рассчитывать только на себя. Из обычных людей нас мало кто любит, разве что наши родные и близкие. Остальные боятся наших способностей из-за непонимания их природы, а в глубине души ещё и завидуют нам. Одна наша старческая бодрость чего стоит! – хихикнул он. Учитель обладал удивительной способностью: мог говорить о вполне серьёзных вещах в шутливом тоне.

Его слушатели сначала усмехались и только потом понимали подлинный смысл его иронии.

Потом он с грустью продолжил:

– Страх вперемешку с завистью – ядовитая штука. Такие чувства таятся в каждом обычном человеке. Как бы он с ними не боролся и как бы не скрывал, но мысль о том, что у кого-то другого есть способности, делающие его сильнее, крепче и умнее, всегда будет напоминать о себе.

Но обычные люди – тоже часть Земли. К тому же многих Восприимчивых рождают на свет обычные родители.

Приток свежей крови нам на пользу. Как бы там ни было, но обычные люди тоже нужны Основе, а ей нельзя перечить.

«Да, – согласился про себя Кирсанов. – Основе лучше не перечить». Когда-то он думал, что способность к Восприятию подарит ему необыкновенную силу, позволяющую сворачивать горы. Но это не подарок, как надеются одни, и не проклятие, как боятся другие. Основа даёт многое, но требует от своего избранника соблюдать определённые правила. «Вполне справедливо, – думал Пётр Алексеевич.

 – Раз тебе даётся сила, ты должен использовать её с толком». Он представил себе, что будет, если все люди получат силу Основы без обратной связи с ней, и от души порадовался тому, что этого не происходит.

После Июньской революции Глеб Владиславович тоже вернулся на родину. Ходила, правда, молва, что далеко не все в Международной Организации Восприимчивых были в восторге от этого. У Рязанцева в России ещё оставались враги. Один раз его пытались убить, когда партизанское движение было ещё сильным.

Девять лет Глеб Владиславович обучал Единству новых Восприимчивых и, кроме того, был советником Скрябина. Даже такой сильный и знающий Восприимчивый, как Андрей Павлович, прислушивался к его словам. Во многом благодаря стараниям Рязанцева, Учение Единства вернулось в Россию.

Но год назад он умер. А теперь вот и отца отыскали. Кирсанов понимал, что смерть, настигающая каждого рано или поздно, – это часть естественного порядка вещей.