Джанга с тенями

В самом начале нашего путешествия из Авендума Дикие тянули жребий, кому уготовано судьбою спать с Фонарщиком в одной комнате до самого конца путешествия. Жребий, по закону всемирного свинства, выпал мне, и о той подлости, что меня поджидала, я узнал только ночью. Вся беда заключалась в том, что Фонарщик ХРАПЕЛ. Именно так. Храпят многие люди в нашем мире, но ХРАПЕТЬ умеют лишь единицы. Фонарщик относился именно к последним личностям и отличался странной особенностью храпеть лишь в помещении. На природе, в полях или лесах, из Мумра нельзя было вытрясти ни звука храпа, но как только он оказывался под крышей…

Первую ночь уснуть было попросту невозможно, но в следующий раз мне удалось раздобыть затычки для ушей, и сон мой стал спокойным и нерушимым.

Чего не скажешь о Кли-кли, который присоединился к нашей пестрой компании немного позже, чем все остальные, и попросту не знал, как и я поначалу, о скрытых талантах Мумра. Естественно, гоблин тоже намучился. Все остальное путешествие мы провели под открытым небом, и Фонарщик нас не беспокоил. Но Кли-кли до сих пор вспоминал могучий и нерушимый храп Мумра, поэтому было немного странно, что он решил улечься по соседству с Фонарщиком, а не поискать местечко где-нибудь в другом месте. Склонен полагать, что пытливый гоблинский ум придумал очередную каверзу и в эту ночь не будет спать уже Мумр, а не Кли-кли.

– Ты идешь? – Кли-кли остановился у входа в трактир и взглянул на меня.

– Угу, – бросил я и переступил порог заведения.

Размерами зал трактира не уступал маленькой площади.

Люстры со свечами под потолком, ажурные, но крепкие стулья, длинные скамьи и кряжистые столы. На одной из стен висела огромная фигура совы, вырезанная из цельного ствола дерева. Лестница, ведущая на второй этаж, стойка, крепкая дубовая дверь на кухню.

– Много у вас постояльцев, мастер Пито? – спросил граф Маркауз, снимая кожаные перчатки и бросая их на ближайший столик.

– Никого, кроме вас, – не моргнув глазом сказал трактирщик.

– Вот как? – изумленно вскинул бровь капитан королевской гвардии.

 – Дела действительно идут так плохо?

– Не волнуйтесь, милорд! – Трактирщик хитро улыбнулся. – Треш Миралисса оплатила содержание трактира на два года вперед.

– Мы решили сделать из «Ученой совы» то, что вы, люди, называете штаб-квартирой, – поясняя слова Пито, сказал Эграсса. – Кузина заплатила мастеру Пито, чтобы он пока никого здесь не селил, а без других постояльцев мы можем чувствовать себя более комфортно.