Колдун из клана Смерти

– В чем отличия между кланами? Почему мне нельзя знать больше?

– Хватит. Достаточно вопросов! – она вырвала у него из рук книгу и прижала ее к себе словно щит, отгораживаясь от его назойливости. – Я ничего тебе не скажу.

– Но почему я не должен знать?!

Вязкая пелена снова накрыла его с головой. Покорность, равнодушие, полная апатия. Привычное состояние исполнительного слуги, только в глубине души тлеет искорка прежней злости.

– Сейчас мы пойдем к маэстро. Он хочет тебя видеть, – приказала фэри, высокомерно глядя на школяра.

Фрэнсис стоял у окна, за которым виднелся сельский пейзаж. Деревня, озаренная лучами полуденного солнца, пыльная дорога, стадо коров. И вновь Вивиана не удивило несоответствие между увиденным и тем, что было за стенами дома на самом деле.

Фэриартос был мрачен. Его обычное надменное равнодушие сменилось явной нервозностью. Маэстро постукивал кончиками пальцев по подоконнику и напряженно смотрел прямо перед собой, как будто прислушиваясь к чему-то.

Смерив вошедших внимательным взглядом, хозяин дома произнес:

– Он странно выглядит.

– Им трудно управлять, – поспешила пояснить Идалия. – Я держу его под магическим «Воздействием».

– Это хорошо. – Фрэнсис снова повернулся к окну и рывком задернул шторы.

– Он, по-прежнему, ничего не может, – сказала девушка, словно оправдываясь. – Совершенно ничего. Ноль. Пустое место. И если ты рассчитываешь… на что бы ты ни рассчитывал, это бесполезно. У него нет никаких способностей.

– Меня не интересуют его способности, – резко перебил хозяин особняка.

 – В нем есть сила, которую нужно извлечь.

– Ты думаешь, это возможно? – осторожно поинтересовалась девушка.

– Да. Я собрал все артефакты. К сожалению, нет основных, но больше ждать нельзя. Мы и так наблюдали слишком долго.

Фрэнсис взглянул на Вивиана с явным отвращением. Затем подошел к одной из картин, висящих на стене. На огромном полотне был изображен старый дом с двумя пирамидальными тополями по обе стороны от крыльца. Мастерски, до последней трухлявой доски и пыльного стекла в окне.

На фоне серых стен зелень деревьев казалась нереально яркой, свежей, живой. Вивиану почудилось, что он даже чувствует запах молодых клейких тополиных листочков.

Фрэнсис смотрел на картину чуть дольше мгновения, и та начала меняться. Медленно, со скрипом открылась покосившаяся дверь, задев длинную ветку, свисающую над крыльцом. В глубине дома загорелся робкий огонек свечи, освещая узкую лестницу, ведущую вниз.