Бич сновидений

Они действительно оказались сильно уменьшены многолетним бинтованием, но по меркам местных выглядели идеально, втиснутые в крошечные туфельки, вышитые соснами и во?ронами.

– Девять сантиметров? – спросил он учтиво.

– Семь, – ответила она с неуловимой улыбкой.

– «Золотые лотосы», – продолжил Феликс не совсем приличную для незнакомых людей беседу[6 - В древнем Бэйцзине тема перебинтованных ног была тесно связана с темой секса, и говорить о подобном считалось недопустимым, запретным и являлось табу для любого постороннего.

– Именно так. – Женщина посмотрела в сторону водителя, и машина медленно двинулась по улице.

Ее лицо было идеально красиво. Белейшая кожа, которой невозможно добиться ни рисовой пудрой, ни кровопусканием. Безупречный овал лица с вишневыми губами. Тонкие дуги черных бровей над проницательными, узкими, как два черных полумесяца глазами.

Прическа – вершина парикмахерского искусства. С помощью шпилек и заколок волосы уложены в сложнейшее плетение волнами – «дракон, резвящийся в облаках».

– Куда мы едем? – «Вэйдж» неспешно полз по узкой улице, беззвучно спугивая прохожих, и те торопились уступить дорогу машине.

– Вы так торопитесь, что оставляете после себя сплошные разрушения, – промолвила бэйцзинка холодновато. – Я решила вас подвезти, чтобы вы избежали больших катастроф.

– Благодарю, – откликнулся Феликс. – Чем обязан такой заботе?

Поддерживая разговор, он бросал быстрые, пронизывающие взгляды на женщину. Она сидела достаточно далеко, но если успеть протянуть руку и схватить…

Собеседница повернулась к нему, словно прочитав все тайные мысли сновидящего.

– Вы путаете плюс и минус, господин Феликс, – промолвила бэйцзинка почти дружелюбно. – Впрочем, как все танатосы. И как все танатосы игнорируете запертые, не без причины, двери… и пробиваете их насквозь.

Помолчав, она продолжила:

– Вы мешаете мне вашим неуместным, неумным энтузиазмом.

Черные, узко разрезанные глаза продолжали изучать его со спокойным интересом.

– Это ты убил обскурума Лихонга, – сказала женщина, и в ее надменном голосе, кроме утверждения, прозвучала нотка любопытства.

– Я, – подтвердил Феликс без малейшего сомнения.

Нестор не только уничтожил дэймоса, но и выдрал кусок сна, так что не осталось ни единого следа. Проверить все подробности убийства не удастся.

– Ты очень силен, – отметила сновидящая. – Но безрассуден. И недальновиден. Устранил всего лишь исполнителя, но оставил господина.