Бич сновидений

«Как запись на пленке? – подумал я. – Как… беседа с программой искусственного интеллекта? Визуальный образ тела сновидения, словно трехмерная голограмма… Стандартный набор фраз, с возможностью изменения в зависимости от моих ответов… Вроде типового завещания-последнего напутствия для детей от умерших родителей? Когда можно побеседовать с видеоголограммой: близкий человек, которого давно нет рядом, тебе ответит – если произнесешь конкретную фразу, слово, или задашь правильный вопрос. Это будут его истинные мысли, его совет тебе, его рассуждения.

А запись была сделана, естественно, при его жизни и он хотел оставить такой вариант посмертной беседы. Чтобы как можно сильнее уменьшить чувство потери. Это возможно?.. В мире снов реально сделать такое же, как и в реальном?»

– Он закольцован сам на себе. Здесь я могу говорить с тобой свободно. Все, что ты увидишь и услышишь, останется тут, и никто не сможет вытащить воспоминания об этом из твоего подсознания. А если попытается, его просто выкинет из твоего сна.

– Как выбросило Амину, исцеляющую моего дэймоса?.. Ты знаешь про нее?

– Конечно. Я же у тебя в голове. – Он улыбнулся как тогда, десятки лет назад, когда выволакивал меня из моего персонального кошмара.

Нереально было стоять рядом с учителем, считать его давно погибшим и видеть вновь вернувшимся… живым. Пытаться разделить с ним свое прошлое, которого для него не существовало.

– Я тоже скучал, когда он умер, – произнес Феникс тихо, явно читая мои мысли.

– Твой наставник? Нестор? Отчего он умер?

– От старости.

Представь себе, Аметист, иногда дэймосы умирают от старости.

– И где…?

– Ты был на кладбище. Рядом с моей могилой – старый холмик, поросший травой. Он лежит под ним. Ты похоронил меня рядом с моим учителем.

Было дико слышать эти слова о смерти и похоронах, стоя рядом с так похожим на живого Феликсом… Фениксом.

– Но как это возможно? Как ты можешь существовать?

– Когда морок придет к тебе в следующий раз, ты согласишься на сотрудничество. – Танатос сделал вид, что не слышал моих вопросов, а может, действительно, отмел их как несущественные.

На улице зашумел ветер, заскрипел старый сук, нависающий над тропинкой, грозя обломиться. Стукнула створка открытого окна.

– Зачем тебе это нужно?

– Не доверяй никому. – Он явно прислушивался к предгрозовому шуму сна. Желтые глаза сузились, темные брови почти сошлись на переносице. – И если вдруг захочешь довериться кому-то, не доверяй себе.

Кредо создателя кошмаров.