Ловцы удачи

И тот и другой сделаны людьми, но сравнение не в пользу «Чаровницы». «Месяц» обладает гораздо более мощным демоном, он более устойчив в воздухе и более быстр.

– Моя пташка очень юркая, а на малых высотах «Месяц» ей вообще не конкурент. – Морж заметил выражение, промелькнувшее на моем лице.

– Спасибо за утешение, но ласточке, при всей ее проворности, тяжело тягаться с соколом. У человека военный образец «Месяца»? Средний стреколет?

– Верно. А у меня военный легкий разведчик, с которым я пересек все небо и который никогда не подводил, так что нечего заранее рассчитывать на проигрыш!

– Да я и не собираюсь проигрывать, – пожал плечами я.

 – Какой у тебя демон?

– Старичок, но вполне резвый, – подал голос Буваллон. – Месяц назад Морж обновил все три Печати.

– Все-то ты знаешь, – проворчал летун. – Педали рулей тугие, особенно с непривычки. Демон послушный. И вот еще что, если не летал на «Чаровницах», учти, что у них практически нет сваливания[7 - С в а л и в а н и е – резкое падение подъемной силы, когда стреколет перестает держаться в воздухе и начинает падать.

] даже на минимальных скоростях, а маневр у земли очень хорош.

Мы прошли через распахнутые ворота Логова. Волкодлак уже выгнал из ангара зеленый стреколет с ребристыми боками и фонарем[8 - Ф о н а р ь – стеклянный колпак над кабиной, защищающий от ветра и непогоды.], закрывающим всю кабину бронированным стеклом.

– Ждем только тебя, эльф! – крикнул Хавьес.

«Чаровница» Моржа – старый стреколет, которому, наверное, было лет сорок, а то и все пятьдесят, с облупленной серо-желтой краской стоял на площадке.

Судя по заплаткам и клепкам, его несколько раз дырявили в боях.

– Выглядит она гораздо хуже, чем летает. – Морж достал кисет с табаком. – Слезай с эльфа, Буваллон.

Лилипут с моей помощью спрыгнул вниз и сказал:

– Смотри не убейся там, паря. Мои родственники все же хотят положить в карман немного мелочи.

Я забрался в кабину летуна, расположенную на некотором возвышении за кабиной штурмана. Действительно, это была одна из самых первых моделей – такого минимализма я еще не встречал.

Стертые ногами педали, магический жезл, старый шар, огрызок каббалистической доски и выгоревшая от времени кожа сиденья.

– Ульи пусты, сразу предупреждаю. На их заселение у меня пока денег нет.

– Давно поднимался на ней? – Я уже обосновался в жестком кресле, пристегнул себя кожаными ремнями и теперь проводил предполетную проверку.

В нутре «Месяца» Хавьеса глухо взревело.