Зоопарк на краю света

В синих халатах даньпао и фиолетовых шляпах из фетра ходили монгольские араты: загорелые, красноватые лица, огрубелая кожа, ноги слегка изогнуты от постоянной верховой езды. Встречались и рослые детины с курчавой бородкой, туго подпоясанные, в коротких куртках нараспашку, бросавшие на прохожих настороженные взгляды, – по всей видимости, телохранители из Цанчжоу[37 - То есть те, кто сопровождал путешественников, торговые обозы – Цанчжоу славился мастерами боевых искусств.]. Лишь здешние чиновники-маньчжуры, чопорные и холодно-равнодушные, казались двойниками пекинских.

Кучера подкатили повозки как можно ближе к управскому ямэню, и старина Би повел преподобного Кэрроуэя оформлять разрешение на проезд. Преподобный вручил чиновнику справку из управления по иностранным делам, ту, что позволяла вести миссионерскую деятельность, и рекомендательное письмо от церкви. Состроив недоверчиво-презрительную мину, чиновник полистал бумаги, смерил преподобного долгим взглядом, положил перед собой таможенный бланк и прочел, растягивая слова:

– «Слониха, лев, павианы, питон, тигровые лошади»? Это еще что такое? Зачем вы их везете в Чифэн?

Преподобный Кэрроуэй терпеливо объяснил, что хочет открыть в степи зоопарк.

Чиновник поморщился. Незнакомое слово «зоопарк» казалось ему подозрительным.

– И как это связано с вашими проповедями? – спросил он.

– Напрямую… напрямую никак не связано. Можно сказать, это две разные вещи.

Чиновник потряс рекомендательным письмом:

– Тут написано, что церковь отправляет вас в Чифэн проповедовать, про зоопарк не говорится ни слова.

Вы ничего не согласовали с начальством, как же я вам печать поставлю?

Так преподобный Кэрроуэй узнал, что епископ его обхитрил, поручился за него лишь наполовину. Это ставило его в крайне незавидное положение.

Чиновник вздернул подбородок и принял такой вид, словно поймал преподобного с поличным.

– Вы не думайте, будто я церквей не видел. Как же, у нас в управе тоже есть своя церковь.

И с тамошним монахом-иностранцем я знаком, понимаю, как ваше христианство устроено. Монах – человек приличный, порядочный, то молится, то овощи сажает в огороде, никаких диковинных зверей у него и в помине нет.

У преподобного загорелись глаза.

– А где она, эта церковь?

Чиновник холодно хмыкнул и ничего не ответил. Старина Би украдкой сделал знак преподобному, тот наконец опомнился, вынул из кармана серебряную монету и неловко положил ее на стол.