Туманность Иридии

Карла ненавидела и одновременно гордилась этой голубизной, в которой заключалась чистота, самоотверженность пилотов, движение без препятствий и жестокость, сила воли, смешанные с безжалостностью и хрустальным звоном разбитых душ.

Карилис прошёл в комнату и положил на столик биокомм. Карла сползла с кровати, оставаясь только в майке и тренировочных штанах, и прошла за капитаном к столику. Карилис выпрямился, и Карла заметила небольшие нашивки над левым карманом кителя. Темно-серые буквы, выполненные в незнакомой для Карлы манере и стиле, должны были повествовать знающему человеку о чем-то важном.

Она не знала, на каком языке были сделаны надписи, однако заметила, что обшлага и воротник сорочки капитана тоже украшены подобными буквами.

– Я благодарен тебе и твоему другу за то, что ты помогла Комитету и мне лично, – сказал Ян. – Биокомм я принёс для того, чтобы ты могла спокойно выходить наружу без сопровождения. И ещё, – он жестом попросил Карлу не перебивать его, – я не стану задерживать ни тебя, ни твоего друга, если вы решите сойти на планете и остаться на ней.

Документы и полагающиеся по случаю выплаты я уже подготовил. Как и моё личное рекомендательное письмо. Если решишь остаться, передай биокомм с курьером на «Иглу». Индиго весьма трепетно относится ко всем своим частям личности, – Карилис позволил себе лёгкую улыбку, – особенно, в виду последних событий.

Он развернулся и широкими шагами направился к двери.

– Капитан, – окликнула его Карла.

Карилис развернулся на пороге и посмотрел на женщину. Под взглядом комитетчика Карла стушевалась.

– Почему вы решили меня отпустить?

На лице Карилиса не дрогнул ни единый мускул. Он внимательно всмотрелся в лицо Миролич, не шутит ли она. Но Карла не шутила, она сказала именно то, как воспринимала ситуацию.

– Я вас и не задерживал, миледи Миролич. Считайте, что я просто подбросил вас до пригодной планеты за небольшую оказанную мне услугу с вашей стороны.

Дверь за Яном закрылась, и Карла поняла, что лучше бы она громко хлопнула, а не вытянулась из паза в стене с бесшумной неторопливостью.

– Индиго, – позвала Карла, – сколько времени осталось до посадки?

Ей никто не ответил. Карла взяла в руки биокомм и потыкала пальцем в экран. Через полсекунды он ожил и загорелся мертвенно-белым светом.

– Слушаю вас, мисс Миролич, – послышался вежливый, но отстранённо холодный голос искина.