Цветок яблони

Самый молодой из дэво молился в углу над палочкой, источавшей аромат густого, сладкого, незнакомого ей благовония. Старший спал прямо на голом полу, положив себе на глаза шейный платок. Тот, кого звали Ради, единственный, чье имя она запомнила, сидел на широком подоконнике, смотря на опустевший город.

Заметив ее, легко спрыгнул на пол, поклонился с удивительным изяществом:

– Госпожа.

Молодой прервал молитву, старший (возможно он и не спал), убрал тряпку с глаз, поднялся на колени и тут же распластался на миг, коснувшись лбом пола.

Бланка помедлила, рассматривая их лица. Видя нити эмоций. Счастье. Восторг. Нетерпение. Почти экстаз. От этих чувств она смешалась на несколько мгновений.

У нее было множество вопросов к этим странным южанам из далекого загадочного Храма. Она мало что о них знала. Лишь какие-то обрывки из легенд и то, что рассказала ей Шерон за время путешествия.

– Мне нужны знания о нитях. Что вам о них известно?

Они переглянулись, помедлили.

– Мало, о милосердная.

Лишь то, что ты оставила нам в текстах, – произнес старший. Повисла пауза, и Бланка щелкнула пальцами, подгоняя дэво, понимая, отчего заминка.

– Допусти, что я не помню того, что написала тысячи лет назад. Освежи мою память!

– То, что вы, Шестеро, называете нитями, является основой ткани мира. Плетениями асторэ, которые они принесли из другого пространства, госпожа. Это и есть суть магии. Она во всем и во всех.

Заметив досаду на ее лице, он смешался, замолк, и сероглазый Ради взял слово:

– О, милосердная.

Мы бы справились куда лучше, если бы поняли твои устремления.

– Я хочу передать моему другу силу с помощью нити. Чтобы он стал здоров. Я могла бы так поступить, если рядом оказались темные нити той стороны. Но вокруг лишь обычные и, взявшись за них, я рискую своей и чужими жизнями. Было ли что-то об этом в книгах вашего Храма?

– Разве милосердная не поступала так прежде? Она не раз и не два лечила страждущих. Но Мири не касалась нитей, на которые был наложен запрет асторэ.

– И как же она справлялась?

– В текстах сказано, лишь «собственной силой». Она не трогала чужих плетений и не забирала силы у живых. «Отдавала лишь то, чем владела сама».

Бланке пришла в голову одна идея и, не благодаря за беседу, женщина поспешила к Виру, но Ради ее остановил.

– Госпожа! Пророчество, что привело нас сюда…

– Не сейчас.

– Но, госпожа. Это важно, и мы твои следы…

– Не сейчас! – на этот раз она ответила жестко.