Цветок яблони

Но сила ее спящего дара, сила крови первых людей, любимых созданий асторэ, позволяла не замечать тяжести и не ведать усталости долгие часы.

И в этой работе Мерк, действительно, забыла о своих бедах. О пустоте, что поселилась в сердце. И мире, который отказывался принимать человечество и терпел их лишь благодаря асторэ.

Она забывалась и соскальзывала в транс, плавя металл в тигле, разливая его в формы, обрабатывая и закаляя. Если хотела пить, то пила из ручья, протекавшего через два зала от ее кузницы.

Желала есть – питалась спелыми ягодами размером с яблоко, что росли на моховом ковре, украсившем стену возле лестницы, созданной словно бы из растаявшего воска.

Когда силы иссякали, Мерк спала прямо на полу, подложив под голову свернутое в валик пурпурное платье.

Однажды, проснувшись, она увидела девушку, ходившую по мастерской. Невысокая, с круглым лицом, веселым вздорным носом и смешинкой на щеках, та касалась пальцами то одной металлической заготовки, то другой, проявляя живое, почти детское любопытство ко всему, что здесь находилось.

Рыжие волосы она стригла коротко, что Мерк всегда считала настоящим преступлением против красоты.

– Так и думала, что ты вспомнишь обо мне первой, сестрица.

Она не была сестрой. Никто из остальных учеников асторэ не был ей ни сестрой, ни братом, но так они все считали, ибо объединяло их куда большее, чем память крови.

Сила магии стала им семейными узами.

– Я принесла тебе дары, – Мири чуть склонила голову, прислушиваясь к сердцебиению пламени, которое стало внезапно частым и громким.

Огонь не ведал иных людей кроме той, кто создала его. – Вино из ежевики и черноплодки, пирог из яблок этого года.

– Яблоки? – чуть хмурясь со сна, Мерк приподнялась над своим «ложем». – Уже осень?

– Ты пропала на пять месяцев. Так что, конечно, уже осень и она близка к своей середине. – Мири подняла изломанную дугу металла, всю словно бы оплавленную и изъеденную. Положила назад, рассеянно потерла пальцы, испачкавшиеся в ржавчине.

 – Нлон корит себя, что ты ушла.

– На нем нет никакой вины, – Мерк ощутила слабый укол сожаления, что не поговорила с учителем, прежде, чем прийти сюда. – Но спасибо ему за такт. Он всегда слишком хорошо знает мое настроение и не стал беспокоить из-за пустяков.

– Хм… – Мири все еще изучала испачканные пальцы. – Нлон это Нлон. Да что там. Все асторэ куда мудрее нас. Интересно.

Мерк не стала спрашивать, что заинтересовало сестру.