Цветок яблони

Она налила хмельной ярко-оранжевый напиток в прозрачный бокал, затем поймала на губах Мерк усмешку.

– Апельсиновое, чтоб его.

– Ты продолжаешь пытаться управлять будущим, и вот результат.

– Я не меняю нити с тех пор, как Нлон запретил, это лишь попытка обмануть видения.

Мерк знала, что за всей этой мягкостью сестры скрывается много-много упрямства. А еще любопытства. И стремления познавать нечто новое. Двигаться вперед. Мири, как тщеславный вор, для которой запрет, словно сложный замок – вызов. Маленькую рыжую сестру никогда не останавливали запреты.

Когда асторэ поняли, что Мири видит нити, первооснову волшебства, и может ее менять, а это, в свою очередь, меняет магию, ибо один конец нитей здесь, а другой теряется на той стороне, они призвали тех, кто стал следить за своеволием людей.

Миерон называл их сулла, а Моратан куда более точно – убийцами гвинов.

И теперь Мири только смотрела, но не меняла.

Почти… не меняла.

Касалась их столь незначительно, чтобы не привлекать к себе чужого внимания.

– Какие еще новости, кроме борьбы с тьмой?

– Мальт решил построить город. На юге, в плодородной долине. Теперь они спорят с Милтом о названии.

– И какие варианты?

Мали скорчила рожицу:

– Смешные. Странные. Пафосные. Ты же знаешь наших братьев. Уверяю тебя, что ни одно название, из предложенных, не подойдет. Город, если он когда-нибудь появится, назовут Аркус.

– А им об этом известно? – вопреки желанию сохранить серьезность, Мерк не могла не улыбаться.

– К чему? Пусть забавляются, споря друг с другом до хрипоты. Что ты пытаешься здесь сделать?

– Что бы ни пыталась, ничего не выходит, – она уклонилась от прямого ответа.

– Хм… Тебе отказано в способности пользоваться даром, но он никуда от этого не денется из твоей крови. Та сторона закрыта для всех, а вот ее дыхание… Металл ржавеет и плавится, стоит тебе начать работать с ним. Очень интересно. Сталь не подходит. А золото?

– Я не пробовала. Пока, – она отведала кусочек пирога, одобрительно кивнула.

– Это мелочь. Основной подарок вот.

Мири не удержалась от театрального жеста, но серьезность сохранить не сумела, подмигнув сестре с видом заговорщицы, замыслившей невероятную шалость. Поперек ее двух ладоней, сформировавшись из воздуха, упал тяжеленный брус. Руки предательски подались под его весом, но все же гостья смогла удержать странный дар и положила на стол перед Мерк.