Цветок яблони

– Вещь, которой ты владеешь, непостижима. Она плоть той стороны, ее не понял ни Тион, ни Мелистат, ни, полагаю, сам Темный наездник. Лишь лунные люди знают про этот металл настоящую прав…

Он осекся, когда Шерон положила ладонь на его предплечье. Что-то всплыло в ее памяти. Смутное, нечеткое, связанное с металлом.

Она лихорадочно перебирала варианты. Там. У ямы, рядом с незнакомцем?

Нет. Раньше. Гораздо раньше. Еще когда лежала в могиле.

Во мраке. В темноте. Горячий ветер, удары молота, синее пламя, металл.

Да! Металл!

Она все вспомнила, и Мильвио, видя, как расширились ее зрачки, коротко бросил:

– Что?

– Сон. А может быть… бред? Я видела. Я… была Мерк. И он, – Шерон коснулась левого запястья, там, где под кожей сросся с костями браслет первой тзамас. – Показал мне самое начало. Первый ее шаг. Я знаю, что это за металл. Спаси меня Шестеро! Знаю!

Сбиваясь, путаясь, восстанавливая по памяти события, она рассказала все, что помнила.

– Гвины? – Мильвио хмурился, глаза его потемнели.

 – Полагаю, из их костей Мерк создала не только браслет. Но и остальные артефакты Шестерых.

– Меч с дурацким именем, например, – любезно произнесла Лавиани, потирая бабочку на ладони. – Тот самый, принесенный из Аркуса, принадлежащий Тиону, а после одному треттинцу.

– В Фэнико нет тьмы, – сейчас волшебник оставался слишком серьезен, чтобы обращать на нее внимание. – И в колокольчике Вира. Таувины пользовались им тысячи лет. Тьма не рождает свет.

– Зато свет рождает тьму, когда гаснет, – пробормотал Тэо.

– Даже если кости гвинов пошли на создание артефактов, Мерк хорошо потрудилась, вытравив тьму и заставив их работать на себя и братьев с сестрами в совершенно новой ипостаси. Интересно. Если это правда, то очень интересно.

– А статуэтка Арилы? Тоже из них? – спросила госпожа Эрбет.

Мильвио качнул головой:

– Сомневаюсь в этом. Нет. Перчатка доспехов Темного Наездника не имеет ничего общего с другими артефактами. Она дышит той стороной, вмещала в себе дух Вэйрэна, свела его с ума, как и Скованного.

И полагаю, ты можешь ее использовать и оставаться собой лишь потому… – он заколебался, и Бланка правильно поняла, отчего тот замешкался.

– Потому что я новая Мири, пусть и без памяти о прошлом. Одна из Шестерых. Кажется, мне придется принять этот факт.

– Придется.

– А еще получается, именно ты притащила Мерк кости первых детей асторэ, – вставила свое веское слово Лавиани.

– Ага, – скучным тоном отозвалась Бланка.