Новые боги

Самолет, машина, паром, снова машина, уже другая, еще один перелет.

Несколько стран, поддельные паспорта, поддельные имена. Они изображали семейную пару с дочерью-подростком, путешествующую по миру. Пару дней в одном городе, пару в другом, проездом в третьем. И в какой-то миг Ричард наконец понял, что больше не чувствует взгляда, сверлящего спину. Кто бы ни следил за ними – люди или вампиры,– их потеряли из виду.

Теперь они скрывались здесь. Ричарда это вполне устраивало. Диану тоже. Недовольной оставалась одна Виттория.

– Ни интернета, ни телефона,– говорила она раздраженно в первый день приезда, обходя небольшой уютный дом из шести комнат. – Ни радио, ни телевизора, сотовый ты забрала. Я полностью отрезана от цивилизованного мира!

– Здесь много книг,– примирительно сказала Диана, поправляя в круглой стеклянной вазе букет искусственных тюльпанов. – Можно гулять. В нижней части дома тренажерный зал. Сауна.

– Сидеть в подвале и читать старье? Вот спасибо! – недовольно буркнула Виттория, отворачиваясь к окну, за которым тускло отсвечивала свинцом зеркальная водная поверхность.

– Я достану телевизор,– сказал Ричард, увидев в отражении стекла, как на лице девушки появилось выражение сильнейшего отвращения.

– Спасибо,– с искренним теплом отозвалась Виттория. – Хоть кто-то меня понимает.

Диана одарила его ледяным неодобрительным взглядом, но вслух не осудила за поддержку дочери.

– Что ты собираешься узнавать о мире, позволь спросить? – осведомилась она с некоторым неудовольствием.

– Я должна быть в курсе того, что происходит в Столице! – заявила юная ревенант, не оборачиваясь.

– Там не происходит ничего, что касалось бы тебя.

В голосе вдовы господина Белова послышались ледяные интонации, хорошо знакомые Ричарду. Судя по отражению в стекле, Виттория в ответ упрямо выпятила подбородок, становясь удивительно похожей на своего отца.

– Я ревенант, мама! Я должна жить там, где пребывает большинство представителей кланов. А я торчу здесь! – Она обвела ненавидящим взглядом гостиную, обставленную светлой удобной мебелью, стены с деревянными панно и картинами на тему скандинавских легенд, тяжелые чугунные подсвечники и шкуры северных оленей.

– Прежде всего ты моя дочь,– ответила Диана, выслушавшая слова Виттории с невозмутимым спокойствием. – И я хочу уберечь тебя.