Шанс (сборник)

Уже больше часа Изгой бежал вперед и за это время позволил себе лишь одну кратковременную остановку. Иногда он бросал за спину щепотку смеси из перца, чеснока и табака, которые на какое-то время должны были отпугнуть мелкую нечисть, если она шляется где-нибудь поблизости. Солнце уже висело над самым горизонтом, вот-вот должны были наступить сумерки. Зимой на севере темнело рано и быстро.

На землю начали падать редкие снежинки. Лённарт с досадой фыркнул. Ему был знаком и этот снег, и этот ветер, и эти, наползающие с запада, облака.

Погода портилась.

Зимний лес наблюдал за одиноким путником с высоты своего огромного роста с безучастной усмешкой. Застывший, безмолвный, с острыми грядами заструг[1 - Заструга – нанесенная ветром снежная гряда возле деревьев и стен, как правило, с острым гребнем.] возле древесных стволов, тусклым настом и пушистыми белыми лапами мрачноватых елей.

Одинокие снежинки недолго летели охотнику под ноги, спустя несколько минут начался настоящий снегопад.

Но мужчина упрямо продолжал продвигаться вперед, хотя мог бы переждать ненастье. Вырыть лежбище в сугробе несложно и без лопатки. Или, на худой конец, используя плащ и нижние, самые густые, еловые лапы, построить укрытие. Надо лишь следить, чтобы подтаявший с ветвей снег не упал в костер, который нетрудно развести даже в такую погоду. Огонь даст тепло. Но привлечет к себе внимание. Так что останавливаться во время Отига вне дома – верх глупости. Лённарт не желал, чтобы к нему нагрянули в гости ни звери, ни… кто-то еще.

Трижды охотнику чудилось, что за ним кто-то идет. Он слышал то быстрые шаги, то приглушенный стук лошадиных копыт. Каждый раз приходилось останавливаться, отступая поближе к деревьям. Лённ сбрасывал капюшон и, не обращая внимания на холод, подолгу прислушивался. Но дорога оставалась пустой, никто не спешил показаться из-за поворота, и меч, наполовину вынутый из ножен, отправлялся на покой.

Мороз, и без того сильный, продолжал крепчать.

Изгой вытянул из-под теплой куртки с овчинной подстежкой ворот оленьего свитера и натянул на подбородок. Затем закрыл шарфом нижнюю часть лица, оставив только прорези для слезящихся глаз. Разыгравшийся ветер сразу же перестал сбивать дыхание, идти стало легче.

Добравшись до развилки, отмеченной невысоким каменным крестом, шершавым и накренившимся, охотник остановился.

Отсюда в Федхе вели две дороги.

Одна из них, короткая, была давно заброшена.