Эринеры Гипноса

 – Он рассматривал меня не отрываясь, жадно и в то же время трусливо, пытаясь скрыть страх за высокомерием. – Я тебя не знаю. Ты ученик старого Нестора?

Хэл рядом со мной затаила дыхание, тут же ухватившись за первую ниточку полученной информации.

– Имеет значение, кто мой учитель? – осведомился я небрежно.

– У тебя моя вещь. Часть моего тела, если быть абсолютно точным. – Его пальцы продолжали терзать книгу, надрывая страницы, но он этого даже не замечал. – Справедливо, если я задам несколько вопросов, не находишь?

– Задавай.

Отвечать или нет – мое право.

– Разумно, – процедил дэймос неохотно. – Как я могу к тебе обращаться?

– Мэтт.

– И…?

– И все. Просто Мэтт.

– Скажи мне, Мэтт, ты пришел, чтобы… Зачем ты пришел? – В его голосе звучали жгучая надежда и все тот же страх. Он боялся услышать мой ответ и одновременно страстно желал узнать правду.

Я молчал. Со стороны могло показаться, будто я наслаждаюсь своим положением, намеренно затягивая объяснение.

– Что происходит на твоем кладбище? – вмешалась Хэл, которой надоела роль безмолвной куклы.

Он не удостоил ее даже взглядом, нацелив все свое внимание целиком на меня.

– Зачем химеры выкапывают трупы? – продолжила она невозмутимо, но я видел – ее задевает надменное равнодушие пленника. – Планируешь бегство? Или решил исправить ошибки прошлого?

Дэймос дернулся, словно его ужалили, разодрал книгу пополам, отшвырнул прочь, а его голос завибрировал, наполняясь неожиданной силой.

– Я умираю! – кричал он, захлебываясь.

 – Глупая девка!! Не видишь, что я умираю?! Я размазан по этому гнилому дому, а зеркала бьются!! Когда разбивается следующее, я знаю – прошел еще год. И вместе с ними откололась часть меня – моего разума, жизни, памяти! И у тебя хватает наглости говорить о бегстве?!

Он запнулся, тяжело дыша. В зале повисла звенящая тишина.

– Полегчало? – холодно осведомилась Хэл, отстраненно наблюдая за беспомощной злостью пленника.

Дэймос рявкнул в ответ что-то нечленораздельно-грубое, запустил пальцы в черные волосы, растрепав гладкую, прилизанную прическу с косым пробором.

Глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и спросил:

– Ты пришел для того, чтобы вытащить меня, Мэтт?

Прежний наигранно-утомленный тон плохо давался ему.

– Где находится твое физическое тело?

– Александрия, – произнес он с заносчивой небрежностью. – Трехэтажный особняк на берегу Нейлоса. В данный момент сижу в дорогом инвалидном кресле на мраморном балконе.