Эринеры Гипноса

Зеркало было горячим и пульсирующим. По моей руке побежала кровь, обжигающая словно кипяток. Она лилась на пол, уходя под доски пола, и гулко клокотала там.

Зеркало стало проясняться, появилось бледное лицо Логоса. Бурые потеки исполосовали его кожу, пропитали одежду, в белых от ужаса глазах мелькнула безумная надежда.

– Целитель! – взвыл он и потянул ко мне трясущиеся руки. – Ты целитель! Вылечи! Спаси!

– Стой на месте! – рявкнул я, но дэймос не слушал.

Он схватил меня, прикосновение ледяных пальцев обожгло не хуже кипящей воды.

– Назад!

– Вытащи меня!!

– Осторожно! – воскликнула Хэл и очень вовремя присела, прикрывая голову обеими руками.

Стекла лопнули. Все оставшиеся зеркала почернели и осыпались на пол мелкой пылью.

В лицо мне полетели шматки разодранных книг, раздавленные плети роз, зазубренные стрелы осколков. Свет в зале начал меркнуть. Надвинулась тьма. Не та, предполагающая глубину ночи или лабиринт узнаваемых предметов в замкнутом пространстве комнаты, а беспросветная, черная глушь.

– Все. Уходим! – Я схватил Хэл за предплечье и потащил за собой.

Дом начал трещать по швам, оплывать, словно мокрая глина. Беззвучно развалилась лестница, осели стены, провалилась крыша. В этом разрушении не было величественного пафоса смены декораций одного сновидения на другое. Мир, окружающий нас, исчезал безудержно и безвозвратно.

– Он умер? – спросила ученица.

– Да. У нас осталось несколько минут.

Мы выскочили на крыльцо.

Памятники рассыпались, химеры – порождение рассудка сновидящего – исчезли. Земля выплескивала на поверхность обломки давних преступлений дэймоса. Они напоминали призрачные тени, блуждающие в сумрачном мире Аида. Последние искры гаснущего разума.

Я старался запомнить образы, как можно больше. Молодая женщина с мелкими, бесцветными чертами держит за руку мальчика лет десяти. Он отдаленно похож на нее, но более яркий и выразительный. Пожилой мужчина с извилистым шрамом на щеке, юная девушка, почти девочка, с нездоровым румянцем и бледным, тонким профилем…

– Скорее, Мэтт! – теперь Хэл торопила меня.

Она бежала мимо призраков. Выбеленные волосы растрепанной кометой летели следом, оборванный подол черного платья шелестел и опутывал ноги, ступни проваливались в рыхлую землю. Но моя гурия не замечала ничего этого, спасаясь от тьмы меркнущего сознания.

Я едва успевал цеплять взглядом – девочка на качелях, два подростка, сидящие рядом на траве.