Тень ингениума

Доверять вооруженному незнакомцу, когда только что кто-то напал на пост, поворачиваться к нему спиной и так рисковать?

Это глупо.

Суровые времена требуют жестоких действий. Даже если есть шанс, что рядом с тобой хорошие люди. Я целиком и полностью его понимал, и, не скрою, велик шанс, что поступил бы точно так же. Он выстрелил мне прямо в лоб с хладнокровием человека, прошедшего войну и не очень-то ценившего жизни незнакомых людей.

Его пистолет лишь сухо щелкнул. Соображали мы оба быстро, он сделал шаг назад, одновременно передергивая затвор, выбрасывая испорченный патрон, а я, наоборот, шаг к нему.

Я сбил его правую руку предплечьем левой, так, что грохнуло у меня над ухом, подарив противный звон, и засадил рукояткой «Стука» ему в скулу, в последний момент отказавшись от удара в висок.

Жандарм рухнул с разбитым лицом на землю, но оружие не выпустил, и я наступил ему ногой на запястье, с трудом сдерживаясь, чтобы от души не добавить по ребрам. Как бы я ни понимал его поступок, этот сукин сын чуть не отправил меня к праотцам.

Его пистолет я убрал в карман пальто и приставил свой ему ко лбу, пока жандарм не догадался взяться за саблю или шоковую дубинку. Несмотря на не слишком удачно складывающуюся для него ситуацию, смотрел он на меня волком. Достойно уважения. Парень не трус.

– Попробуем еще раз. В последний. Я не с ними и просто хочу выбраться. Кивни, если понял.

Он кивнул, и я убрал «Стук» подальше от его лица, видя, как злость в его глазах гаснет. Острый край рукоятки рассек сержанту кожу, по щеке обильно текла кровь, и он мрачно вытер ее рукавом кителя, поинтересовавшись:

– Что теперь?

Я все еще не собирался поворачиваться к нему спиной:

– Тебе не кажется, что надо это остановить?

Сержант кивнул:

– Надо.

Ты что, готов помочь?

– А то. У меня активная гражданская позиция.

Он лишь хмыкнул и протянул руку, желая забрать пистолет назад. Видя мое скептическое выражение лица, сказал:

– Я не держу зла. А без оружия далеко мы не уйдем.

– Извини. Придется тебе какое-то время обойтись без него. Не привык доверять словам незнакомых людей.

– Я представитель закона…

– Который только что едва не шлепнул гражданского, не разобравшись. Будем спорить, пока они не опустили мост и не открыли контаги дорогу в Риерту?

Сержант скрипнул зубами, показал на противоположный проулок:

– Сперва доберемся туда. Там мои. А дальше… Дальше решим. Молись, чтобы тебя не подстрелили, иностранец.