Золотые костры

Мы виноваты…

Он не закончил, быстро отступил назад, опустив голову, а дверь распахнулась, и в комнату вошли несколько монахов. Один принес шерстяные одеяла, другой начал растапливать камин, остальные быстро накрыли ужин, ставя на стол тарелки и кувшины.

Брат Инчик больше не разговаривал со мной, бросился помогать сутулому товарищу возле камина, а затем вышел вместе со всеми, взглянув на меня со страхом и мольбою.

– Ты понимаешь, что происходит, Людвиг? – Проповедник хмурился.

– Нет, кроме того, что он напуган.

 – Я смотрел на закрывшуюся дверь.

– А другие не так уж и дрожат от страха.

– Или же просто лучше это скрывают. – Я сел за стол, тогда как Проповедник плюхнулся на мою кровать, закинул руки за голову и счастливо вздохнул:

– Спустя долгие дни пути наконец-то приличное ложе! Только твоей ведьмы тут не хватает.

– В последнее время ты что-то часто вспоминаешь Гертруду.

– Еще бы ее не вспомнить! – фыркнул он. – Стоит тебе начать совершать рискованные глупости, как мне сразу же на ум приходит твоя беловолосая подружка.

Она взяла с меня слово, что я позабочусь о тебе и остановлю, если ты будешь лезть в безумные предприятия. Но, как видишь, у меня не слишком хорошо это получается.

– Я чересчур голоден, чтобы почувствовать свою вину, – сказал я и занялся ужином.

«Скромный» монашеский ужин состоял из ржаного хлеба с тыквенными семенами и изюмом, гречневой каши с ливерной колбасой, пареной моркови, свеклы и капусты, зажаренной половинки курицы, вареного картофеля с укропом, миски творога и четырех кувшинов – с молоком, медовым напитком, травяным напитком и вином.

– Кормят здесь на убой. – Проповедник приподнялся на локте, изучив угощение. – Наверное, у них есть причины так расщедриться.

– Скоро узнаем. – Я налил себе молока.

Пугало село напротив, равнодушно оглядывая еду. Людская пища никогда его не привлекала. Оно предпочитало кровь.

– Людвиг, тебе не кажется, что каликвецы несколько трусоваты для тех, кто борется с адскими порождениями? Ну, если сравнивать брата Инчика с братом Курвусом, да будет он в Небесном Царстве.

Я отрезал хлеба, затем положил в тарелку каши и только после этого сказал:

– Не знаю, как сейчас, но несколько лет назад здесь жили пятьсот человек. Их намного меньше, чем в Дорч-ган-Тойне, который находится в пустошах Ньюгорта. Этот монастырь у Горрграта в основном знаменит своей библиотекой, второй по количеству редких книг после библиотеки Риапано.