Длинные руки нейтралитета

Анализ и предложения этого безродного капитана и вправду выглядели толковыми.

Расчёт Семакова оправдался: «Морской дракон» успел проскочить на стоянку незамеченным. Матроса Мягонького отрядили подняться и «поглядеть, как там вокруг». Острое зрение сигнальщика никого не обнаружило. Но следует заметить, что посторонних и в самом деле не было.

Сигнальщик чуть слышно свистнул в колодец входа. Оттуда быстро поднялся весь экипаж. Матросы, подчиняясь тихому рычанию унтеров, старались шуметь как можно меньше. Оставив вахтенных, они вместе со всеми офицерами направились в Севастополь.

В пещере дракон был не один, а с Тифором. Тот нарочно не включал на полную мощность светильник, опасаясь демаскировки, но даже при тусклом освещении на лице рыжего магистра была заметна озабоченность.

После надлежащих приветствий Тифор начал объяснять:

– Владимир Николаевич, мы получили от своих личные письма, а также материалы и указания с просьбой сделать сложный расчёт, в котором мне любезно согласился помочь Таррот Гарринович.

Магистр не стал уточнять, с какого рода материалом (имелся в виду тот самый негранёный алмаз) и с какими расчётами иномирцам предстоит иметь дело. Семаков, в свою очередь, не потребовал объяснений, хотя ему было любопытно. Его больше взволновал другой вопрос: как эта новая обязанность дракона может повлиять на возможность продолжать воздушную разведку.

– Таррот Гарринович, имеются данные, что эскадра противника сосредоточилась в Балаклавской бухте… где там карта?.. Здесь то есть. Это недалеко, как видите. Будет ли у вас возможность совершать разведывательные полёты?

Дракон сделал движение гребнем; как и прежде, значение этого жеста осталось неясным.

– Думаю, полёты возможны, Владимир Николаевич. Этой же ночью постараюсь получить для вас сведения.

– Благодарю, Таррот Гарринович. Но постарайтесь соблюдать осторожность.

– Одну минуту, Владимир Николаевич. Мы с коллегой, – Тифор учтиво наклонил голову в сторону крылатого, – ещё задержимся. Могу ли я попросить вас передать письма нашим товарищам?

– Конечно же. Мне это не составит труда.

Эскадра отстаивалась в Балаклавской бухте. Все меры предосторожности были приняты.

Адмиралы ждали от сухопутных войск победы – и дождались. Исход сражения на суше был предрешён ещё до его начала.