Длинные руки нейтралитета

Он мгновенно подтвердил себе свой же вывод насчёт крылатого обитателя пещеры. Вслух же сказал:

– Неужто сам дракон?

– Не сам, конечно. – Старший в кои-то веки решил проявить снисходительность. – Пушки с него палили.

– Да разве у него есть пушки?

Длинный не удивился наивности соседа. С высоты почти что пятнадцати лет любой восьмилетний кажется воплощением юной дурости.

– Эх ты, недоросля. У любого военного корабля есть пушки, и много притом. Мне дядя Пётр говорил. Сам этот «Морской дракон» мчится как ветер, а пушки у него агромадные, ты сам в такую залезешь, да ещё место останется.

А уж бонбами может пуляться, так что ух ты! Теперь понял?

Разумеется, малолетний понял. И громко восхитился глубокими познаниями Серёги Длинного.

Глава 6

Наступление армии союзников на Севастополь имело большие последствия для севастопольских защитников даже по медицинской части. Поток раненых стал гораздо больше. Медикам прибавилось работы. Не только офицеры – старые унтера без сожалений расставались с накопленными (более чем скромными) капиталами, лишь бы не остаться калеками.

Весь госпиталь знал о Марье Захаровне и её дивных умениях.

Мариэла по некотором размышлении пустилась на хитрость, пообещав, что будет лечить бесплатно, но за это излеченный отработает охранником. Никто из выздоравливающих не знал, что за диковинные серебряные пластинки выдают и почему надо отсекать посетителей в том случае, когда крохотный камушек начинает светиться, но следовали правилу неукоснительно.

Узнав об этом, Неболтай в частном разговоре с Мариэлой заметил, что серебро вполне могут пропить, и будь на охране не унтера и офицеры, так оно, вероятно, и случилось бы, и скорее рано, чем поздно, – но контингент попался куда более ответственный. К тому же Марья Захаровна объявила во всеуслышание, что если этот предмет пропадёт, то за лечение с потерявшего возьмут полную сумму.

Отдать должное хорунжему: он постарался наладить охрану на совесть. В ход пошли не только (и не столько) советы, но и личные регулярные проверки.

Во время как раз такой проверки случилось событие, которое не стоило причислять к маловажным.

Заполненный госпиталь прибавил забот не только медикам. Духовные лица вынуждены были организовать дежурство: исповедовать, соборовать, а порой служить заупокойную. В тот день церковные обязанности исполнял благочинный Александр. Он как раз проходил мимо коек, где трудилась Мариэла, и услышал, как она произнесла несколько слов на маэрском.