Клыки и когти эскадрильи

Для драконов возрастная разница в семь лет ещё более существенна, чем для людей.

Следующие два дня были заполнены до отказа. Я пытался неофициально встретиться с Рругом.

В шатре доктора магии воды Диввар-ола

– Правильно ли я понял, что у вас уже есть результаты?

– Да, это так.

– Похвальная оперативность. Доложите.

– Как я и предвидел, диверсантов не было. Были драконы. Инициатива шла от сотника Рруга. В его распоряжении был десяток особого назначения. Во главе десятка – универсал. Методы обнаружения наших опорных пунктов пока не установлены.

Особо подчеркиваю: потерь у драконов нет.

Командующий не сдержал эмоций:

– Вы хотите сказать, что один десяток разгромил два опорных пункта без единой потери?

– Дело было ночью. Все думали, что драконы ночью не воюют. Раньше я тоже так думал.

Подобная самокритика со стороны начальника службы контрразведки ничуть не улучшила настроения командующего. Но держать себя в руках он умел. Последовал вопрос, заданный самым безразличным тоном:

– Из вашего доклада я делаю ещё один вывод: вы полностью исключаете участие наземных диверсантов.

Почему?

– Выражусь иначе: вероятность этого мала, поскольку таковые были не только не нужны, но даже вредны. Наши маги могли их обнаружить, то есть зафиксировать повышенное внимание противника к именно этим опорным пунктам. Повторяю: драконы прекрасно справились сами. Но разрешите продолжить.

Командующий вежливо наклонил голову.

– То, что произошло, вообще не диверсия, а нападение.

Не вижу причин, по которым это дело могло быть отнесено к моей службе. Это проблема тактическая. Ну и разведывательная.

– И политическая.

Контрразведчик всё превосходно понял, но изобразил на физиономии некоторое удивление.

– Да-да, именно так. Потерь у драконов, по вашим словам, нет, а вот потери наших магов совершенно неприемлемые. Полагаю, вы в курсе.

Служба контрразведки не зря ела свой хлеб. Её начальник, разумеется, тоже.

Командующий продолжил:

– Я, конечно, доложу по команде.

Одновременно мои аналитики при штабе начнут разработку вариантов противодействия. Но если они не найдут ничего стоящего по части тактики, то прямо сейчас могу сказать: политическое решение с большой степенью вероятности будет. Но его форму предсказать не могу. По-любому нам предстоит перемирие с противником. Негласно оно уже заключено. Полагаю, что вражеская разведка – и наземная, и воздушная – оживится.