Основатель

И он пошел следом за ревенантом.

Свет гас медленно… В мягкой темноте шелестели чьи-то невидимые крылья. С каждым шагом у юноши все сильнее возникало ощущение, что воздух вокруг сгущается – и скоро стало казаться, будто он протискивается сквозь плотную невидимую преграду. А когда молодой Корвинус понял, что больше не сможет сделать ни шага – вокруг зажглись звезды. Тысячи крошечных огоньков над головой, далеко под ногами, справа и слева… везде. Это было почти красиво.

Завороженный, Валентин смотрел, как они кружат вокруг, сплетаются хороводом и разлетаются сверкающим фейерверком.

Изумрудные искры носились туда-сюда, оставляли за собой длинные светящиеся хвосты. Фигура отца на их фоне казалась черной, словно облитой дегтем.

Одна из зеленых пылинок подлетела к молодому Корвинусу, и тот, не задумываясь о том, что делает, протянул руку. Она опустилась на его ладонь и вспыхнула еще ярче, а юноша дернулся от внезапной сильной боли. Искорка жгла, словно уголь, только что выпавший из камина.

– Зеркальная Пыль, – сказал ревенант, невозмутимо наблюдая, как его сын пытается стряхнуть огонь и прижимает обожженную руку к мокрой ледяной одежде. – На кадаверциан она не действует, но в смеси с другими веществами превращается в один из компонентов «Могильной гнили»…

– И как эта пыль могла попасть в реальный мир? – сдавленно спросил Валентин, чувствуя, что боль начинает постепенно ослабевать.

– Ее принес Вольфгер. Еще до того, как его клан разъединился. Видимо, не знал, что достал оружие против своих же братьев.

 – Судья взглянул на золотые пылинки, кружащие вокруг, и добавил: – А, быть может, ему было просто все равно.

– И откуда ты все это знаешь? – Валентин торопливо пошел вперед, с тревогой глядя на искры, пока еще летающие на безопасном расстоянии.

«А что принесу я?» – неожиданно подумал он, сунул здоровую руку в карман, сжимая обломок растения-позвоночника. Ему вдруг захотелось выбросить кость, но сделать этого он не успел. Жгучие искры превратились в яркий изумрудный смерч и ринулись на человека, словно рой обезумевших пчел.

«Это иллюзия!» – подумал он в панике, и тут же первая из них резанула его по щеке, другая запуталась в волосах, третья обожгла шею.

– Вас нет! – закричал человек, вскинул руки, пытаясь защититься от жгущих искр. – Ничего этого нет!

И в то же мгновение на него рухнул весь раскаленный рой. Казалось, все тело вспыхнуло – запахло палеными волосами и горящей одеждой.