Одинокая охота

Нейлоновый шнур врезался в кожу. Она не успела просунуть пальцы под него. Он затянул удавку сильнее. Придвинулся к Ильве ближе. Зашел ей за спину. Только бы не видеть ее широко раскрытых от удивления глаз. Он чувствовал, как она дрожала от ужаса. Ее пальцы в отчаянии шарили по шее, пытаясь ухватиться за петлю. Он повернулся к ней спиной. Перекинул концы удавки через плечо. Потом присел немного и резко поднялся. Тело Ильвы оторвалось от пола. Она повисла на нем. Ноги ее задергались. Ногти царапали горло. Шейные позвонки затрещали, когда он наклонился и еще сильнее натянул удавку.

Затем раздал хруст, словно сломалась сухая ветка.

Словно Бог щелкнул пальцами.

Она заскользила по его спине. Сопротивлялась все слабее, хотя руками еще била его по бокам. Однако силы в этих ударах было все меньше. Как при агонии. От напряжения он тяжело дышал. Конец длинной веревки, которую он держал в руке, клубком валялся на полу. Он постарался не запутаться в нем ногами. Плечи болели. Но такую цену ему придется заплатить.

За душевное спокойствие. За возможность продолжать борьбу.

Она безжизненно висела у него на спине. Прошло три минуты. Он осторожно опустил тело на кухонную столешницу. Посадил вертикально на нее, прислонив к дверцам шкафчиков. Ильва смотрела на него широко раскрытыми остекленевшими глазами. Смотрела с осуждением. Хотя, естественно, ему это просто казалось. Он тряхнул головой, стараясь избавиться от неприятного ощущения. Попытался сосредоточиться на том, что ему теперь предстояло сделать.

Он никогда не испытывал ненависти к ней. Порой, можно сказать, любил. В те короткие моменты, когда они выглядели столь похожими. Своей увлеченностью. Желанием изменить мир. Создать нечто новое. Что в его случае означало возродить старое. Снова сделать страну такой, какой она была до начала своей деградации. Кое-кого из членов их группы АФА он мог бы казнить без сомнений. Выстрелом в затылок. Но Ильва была другой.

Пока она не стала обузой. Опасной для его дела.

Он вышел в гостиную и окинул взглядом комнату.

Заурядная квартирка. Давно не ремонтированная. Но добротная. Он дотянулся до потолка и нащупал крепление люстры. Стальной крюк, на котором она висела, крепко засел в бетонной балке. Это могло сработать. Он ухватился за него и повис всем весом. Крюк выдержал.

Он бережно положил Ильву на ковер. Снял с ее шеи петлю. Перебросил свободный конец веревки через потолочный крюк и привязал его к нему, сделав петлю. Остаток веревки сейчас свисал к полу.