Пожиратели

Ни одного торговца наркотиками в пределах видимости. Торговля, обычно проходившая под прикрытием самшитовой изгороди, после нападения на SEB, вероятно, срочно перебазировалась в другое место. Рикард почувствовал руку Марии на своем плече.

– Но я рада, что мы встретились.

Она подняла глаза, разглядывая купол башни.

– Пуля, которую я нашла, выпущена из снайперской винтовки. Так что твоя версия по поводу снайперов на крыше вполне разумна. Посмотрим, что скажут эксперты по баллистике по поводу угла – в свете того, что обнаружат судмедэксперты.

Зайдем внутрь?

Мария кивнула одному из своих ассистентов, стоявшему на коленях у огороженной церковной лестницы.

– Что-нибудь нашел?

Ассистент покачал головой.

– Только брызги крови. Вероятно, от пострадавшего полицейского.

Осторожно обойдя ассистента, они взялись за массивную церковную дверь – и в ту же секунду лысый человечек распахнул ее изнутри. Мария инстинктивно попятилась, когда он шагнул ей навстречу. Он выглядел как смерть из «Седьмой печати»[10 - «Седьмая печать» – знаменитый фильм шведского режиссера Ингмара Бергмана.

].

– Я уже занервничал, что вы не придете.

Долю секунды ей казалось, что это реплика из фильма, но тут мужчина протянул ей руку.

– Эскиль Нюберг. Я церковный сторож.

Марии пришлось взять себя в руки, чтобы не рассмеяться в этой гротескной ситуации. Низкий глухой голос. Разросшиеся липы с растопыренными ветками, при свете фасадного освещения отбрасывающие на стены церкви причудливые тени, похожие на скелеты.

Грязно-коричневые горы снега, образовавшие вокруг здания временный крепостной вал. Где же притаился Носферату[11 - «Носферату, или Симфония страха» – классический немецкий немой фильм ужасов.]?

Рикард кивнул сторожу.

– Хорошо, что вы смогли остаться и дождаться нас.

За спиной у них раздавались голоса и смех из длинной очереди, выстроившейся перед кафе «Опера».

– Нам нужно подняться на самый верх. На башню. Много времени это не займет.

Вопросов Эскиль не задавал.

Он уже догадался, в чем дело.

– Никаких проблем, у меня со временем все в порядке. Я ночую в церкви.

Мария успела представить себе мужчину, лежащего в открытом гробу, когда он сам догадался, что его слова требуют пояснений.

– Тут есть дежурная комнатка. Сам я вдовец, много времени провожу на работе. Дети давно выросли, живут отдельно. Сами знаете.

Вслед за ним они вошли в здание церкви. Казалось, с ними вошли ноябрьские сумерки.