Ветер и искры (сборник)

Неожиданно сойдя с тропинки, втянул носом воздух:

– Чуешь?

«Гов?! Сжегший душу?! Покойник?!» – вихрем пронеслось в голове у Лука. После событий у Врат Шести Башен он ожидал чего угодно.

– Нет. А что там?

– Держи топор наготове. Прикрывай спину. За мной, но башкой по сторонам крути. Если что увидишь – скажи, но не ори громко.

Тропа осталась позади. Товарищи шли по густому подлеску, река все время была по левую руку. От глаз ее скрывали густые заросли, но Лук слышал журчание на перекатах. Они вышли на лесную прогалину, где трава была им по пояс.

Га-нор вновь начал нюхать воздух и прислушиваться.

– Что? – стараясь не дышать слишком громко, поинтересовался стражник. Сейчас северянин был для него единственной опорой и надеждой. – Какая дрянь на этот раз, лопни твоя жаба?

– Скоро увидим. Хватит на меня пялиться, я не баба! Кому говорил, башкой по сторонам вертеть? В высокой траве не менее опасно, чем среди деревьев. Здесь целую армию можно спрятать.

Лук испуганно икнул и сжал мокрыми ладонями древко топора.

Теперь это место казалось ему небезопасным.

Вопреки ожиданиям стражника, никто не спешил выскакивать из травяных зарослей. Поляну они миновали без всяких приключений. Началась дубовая роща. И только теперь Лук почуял то, что давно уже уловили чуткие ноздри Га-нора – запах разлагающихся трупов.

Мертвецы пахли ужасно. Даже если бы Порк вздумал не мыться целый год (что конечно же ему никогда не позволит сделать отец), он бы так не вонял. Деревенскому дураку, в третий раз вернувшемуся на поляну, было плохо.

От запаха кружилась голова и бунтовал желудок. Его даже дважды стошнило, в последний раз прямо на рубаху.

Это было очень и очень плохо. Теперь придется ее выстирать, иначе к дому в такой не подойдешь. Отдубасят так, что на задницу месяц не сядешь. Отец не посмотрит, что у него в друзьях добрые, славные набаторцы и тот дяденька, что оказался самым настоящим колдунцом-некромантом. Он даже после просьбы Порка подарил ему этих мертвецов. И теперь они его, можно делать с ними все, что хочешь.

 Да!

И все, что принадлежало этим мертвякам, – теперь тоже его. Ни один набаторский солдат не отнимет. А если отнимет, Порк пойдет к своему другу-колдуну, нажалуется, и тот превратит злюку в какую-нибудь тухлятину. Пусть знают, как Порка обижать! У него такие друзья, что о-го-го!

Тысячи кружащихся над разлагающимися телами мух, противно жужжали и все время норовили залететь в рот. Дурак плевался, отмахивался, но это мало помогало.