Ассоциация Забытых Колдунов. Воскрешающая-3

Пусть теперь колдуны полюбуются на мое произведение!

После этого крадучись, я направилась к выходу. Я была уверена, что увидеть меня через зеркало колдунам было невозможно.

Закрыв за собой дверь, мы прыснули со смеха.

– Лануф…

– Тише, тише… – шептала я, зажимая себе рот. – Нам нельзя смеяться.

– Да, да я уже не смеюсь.

Но мы еще долго хихикали.

– А Брогу ты когда будешь возносить хвалу? – подзуживала Аната. – В час Обезьяны?

– Что ты! – картинно завозмущалась я. – Он же из них самый веселый. Сколько сейчас времени?

– Шесть вечера.

– Ну вот, а я-то думаю, что у меня настроение такое веселое. С семнадцати двадцати до восемнадцати двадцати его время. Время Желтого Хохотая!

– А… – многозначительно произнесла Аната. – Но тебе бы прикид сменить.

– Я об этом уже думаю. Кстати, библиотека здесь. Ты не передумала?

– Нет. Только давай вместе зайдем, вдруг там забыли зеркала убрать или еще чего не спрятали.

Под «…еще чего не спрятали» Аната подразумевала все возможные отражающие предметы.

Хоть она и любила всюду разглядывать свое прекрасное личико, но после утренних событий у нее интерес к прекрасному пошел на убыль.

Только убедившись, что ничего опасного в библиотеке нет, Аната заверила, что может остаться одна.

– Только позови слугу, – попросила она меня, – он будет доставать книги с верхних полок.

– Хорошо, я позову двоих: другой будет листать страницы.

Аната задорно улыбнулась моей шутке.

– Спасибо, Лануф, ты так любезна…

Выполнив обещание, данное Анате, я серьезно занялась своим внешним видом.

Провела мелирование волос – теперь они стали черно-каштановыми, но та часть, что была каштановой нисколько не изменила хамелеоновские свойства, даже наоборот – волосы переливались всеми оттенками от пшеничного до огненно-вишневого. Я уже представляла, как будут возмущаться Айрен и султан, и невольно задорная улыбка скользила по моим губам.

Несмотря на то, что во время мелирования я не смотрела в зеркало, а использовала только интуицию и силу воображения, результат меня радовал.

От косметики пришлось отказаться, так как без зеркала использовать ее было затруднительно. Я же не хотела, чтобы час Желтого Хохотая продлился до конца ужина или, кто знает, может до конца моих дней.

Далее следовало облачиться во что-то необычное, повесить на шею разнообразные предметы, которые я без зазрения совести смогла бы смело выдавать за амулеты и талисманы, нацепить браслеты, взять в руки четки, что я и сделала.