Идеальные

Она рисовала, но не кисточкой, не карандашом, а энергией. Она накладывала ее слой за слоем. Она рисовала своими чувствами. Картина эта была видна только ей – она была живой. Несколько таких листов, висело на стенах в ее комнате. Для всех это были чистые белые листы полотна. Но как—то давно мать, наводя порядок в ее комнате, надолго замерла перед одной из них.

– Мне кажется, в ней что—то есть… – произнесла она.

– Что ты видишь? – спросила Шейла.

– Мне чудится… ночь, звезды, странная дорога вроде как после дождя, а по краям сухие уродливые деревья… Но ведь ничего этого нет? Это самый обыкновенный белый лист.

Зачем они висят здесь?

– Это картины.

Мать пожала плечами. Она давно научилась не обращать внимания на причуды дочери.

После того, как приступ внезапного вдохновения прошел, Шейла свернула лист в трубочку и положила в ящик стола.

«Шейла, привет, ты занята?».

Это был голос ее «старого» друга.

«Привет, Флай».

«Ты не знаешь, что случилось с Джефом? Я никак не могу его найти»

«Не знаю.

Да и что с ним может случиться? Не похитили же его инопланетяне».

«Не смейся. Это неисключено. Кстати, вопрос на засыпку: почему они проводят эксперименты не над всеми Землянами? Есть факты, когда она некоторым просто показывают свои корабли, планеты, с которых прибыли сюда и даже объясняют цели и результаты экспериментов».

«Я как—то не интересовалась».

«А я тут кое за кем приглядываю… Видела дня два назад Чужих?»

«Видела».

«Обрати внимание на женщину, к которой они прилетали.

Очень интересный случай… И пока… Обнаружишь Джефа, попроси его связаться со мной».

«Попрошу. Пока».

Телепатический контакт с Флаем оставил после себя чувство легкости и любопытства. Сам Флай представал каждый раз красивым высокорослым брюнетом с большими карими глазами.

«Интересно, а какой ты на самом деле?».

Шейла подошла к зеркалу. Она тоже брюнетка, но при контактах она никогда не стремилась менять свой облик. Не то что Сидж: он то яркий шатен, то панк – «застойного» периода, то… всего не перечислишь.

Сидж не любил повторяться, но как бы он не изменялся, она всегда знала, кто с ней говорит. А поскольку Сиджу все же часто удавалось провести остальных, он сердился, что ему еще ни разу не удалось обвести Шейлу. После каждого провала он принимался использовать свою фантазию с утроенной энергией.

Однажды Шейла высказалась насчет его усердия: «Может ты на самом деле уродливый низкорослый волосатый пигмей?».