Воскрешающая 5. В объятиях Хаоса. Книга первая

– Акдонирус, мы помнится в прошлый раз договорились перейти на «ты».

– Да, я забыл… То есть тебе… не зачем.

– А я в шутку. Это даже звучит – сэр Энрико Броманда Девего то Аландо Дрейк.

Мне потребовалось большое терпение безвылазно находиться в предоставленных мне апартаментах эти кошмарно долгие два часа. Честно меня так и тянуло побыстрее посетить покои Ирлисы и взглянуть в гипнотически притягательные глаза спящей Богини Дордодотернзиса. Но я понимала, наша встреча может затянуться, а опаздывать на обед в первый день после долгой разлуки дурной тон.

Вот я и ждала, когда за мной зайдут наложницы султана и проводят в приемный зал.

Ирлиса и Акдонирус, проводив меня до апартаментов, вскоре удалились, так что даже поговорить было не с кем. Но жена Татхенгана предупредила, что на праздничном обеде я имею честь пообщаться с еще двумя последними его женами, и мне хотелось произвести должное впечатление на всех присутствующих. Но кроме как вертеться перед зеркалом, временами поправляя волосы и великолепное вечернее платье, цвета изумрудной ночи на Зеленой планете, мне ничего не оставалось.

Радовало особенно то, что за прошедшие годы на лице не появилось ни одной морщинки.

Приготовленный в честь неожиданной гостьи праздничный прием был на славу. Я со всеми вела себя любезно и прибывшие чуть с опозданием жены Татхенгана: Уракитори и Эмонати признали меня восхитительной особой. Они были так открыты и искренни, что их похвалы вызывали в моей душе умиление. Обе женщины были длинноволосыми брюнетками, очень красивыми и стройными.

Они все время улыбались, смущенно пряча глаза.

Наконец, Татхенган попросил всех занять места за столом, шутливо укорил своих жен за то, что они полностью завладели моим вниманием. Энрико воспользовался моментом и съязвил на их счет что-то оскорбительное, за что был наказан Тернией хорошим толчком в бок. Оланда – их дочь украдкой посмеивалась над родителями. Она выглядела лет на пятнадцать и, казалась, очень серьезной. Даже здороваясь со мной, ни разу не улыбнулась.

Ее темно- карие глаза излучали настороженность, а за поясом желтого платья висели ножны, украшенные драгоценными камнями.

Мне предложили занять место по правую руку от султана. Напротив, устроился Акдонирус.

– Предлагаю поднять тост за гостью, которую мы безмерно рады видеть в нашем дворце. За тебя, Лануф, – произнес султан.

Мы подняли бокалы с вином, обменялись друг с другом улыбками и приступили к застолью.