Воскрешающая

– Здорово ты придумала! А как же «Филин»? Мы ведь не знаем в чём его роль.

– Ты прав. На этот счёт у меня кое-что есть, – я улыбнулась довольная собой. – Сейчас мы станем метеоритом.

Я дала «Птичке» команду для соответствующей маскировки. За считанные минуты гладкая наружная оболочка звездолёта превратилась в шероховатую, имитируя поверхность метеорита. Антенны за исключением одной – уловителя сигналов, были спрятаны.

– Теперь мне понадобится твоя помощь, – сообщила я мальчику. – Пристегнись и надень наушники.

Слушай переговоры и дай знать, когда услышишь позывные пернатых «друзей». Я буду контролировать полёт вручную.

Мальчик обрадовался возможности мне помочь и потому быстро выполнил просьбу.

– Ты готов? Сейчас будет темно.

– Готов! – ответил мой помощник.

Я окинула его беглым взглядом, проверяя, не расходятся ли слова с делом, затем убедившись, что с ним всё в порядке, пристегнулась сама и выключила свет.

Потом рванула на себя рычаг, заставила двигатель «Птички» замолчать.

Теперь мы находились в свободном полёте. Невесомость. Возникло странное чувство, к которому я до сих пор не могу привыкнуть, легкость тела и ощущение всепоглощающего одиночества. Вокруг нас лишь беспросветная темнота и ни единого звука. Вряд ли кто мог догадаться, что в чреве летящего метеорита находятся люди. На это я и надеялась.

– Что-нибудь слышишь? – спросила я. Мой голос звонким эхом отскочил от металлических стен.

– Пока ничего интересного. Пираты молчат. Вот только что Космопрогноз передал сообщение, что комета Гейза поменяла направление.

Сейчас она движется вдоль Млечного пути.

– Постой, комета Гейза? Ничего о ней не слышала. Ты все точно понял?

– Все точно. Сообщение повторили четыре раза, – заверил будущий Король.

– Чёрт! – чертыхнулась я. – Придётся менять курс. Откуда только взялась эта комета!

Развернув «Птичку» на девяносто градусов, я перевела рычаги управления в режим бесшумного полёта. Так мы летели часа два.

На смотровом экране, сквозь толстое пластичное стекло я видела лишь яркие пятна звезд.

Одна из них – мерцающая красная искра, как я догадалась и была кометой Гейзой.

– Она мчится на нас? – мальчик тоже заметил её.

– Нет, это иллюзия, – успокоила я, – космический мираж.

– Слышу «Сову»: «Хамелеон меняет цвет, ветер пронес мимо зелёный лист, а голова одна». Что это может значить?

Я засмеялась. Хотя, смехом мои свистящие прерывистые звуки назвать можно было лишь с большой натяжкой.