Воскрешающая

Звездолёт наш не был неподвижен, мы чувствовали, как его тянет то в одну, то в другую сторону, временами клубы едкого вещества, когда-то являющегося недром Зелёного Карлика, мягко ударялись в нас, заставляя порой крутиться на месте. Причём «Птичка» пока ещё умело сохраняла равновесие.

Внезапно задумчивую тишину нарушил громкий протяжный свист. Мы одновременно вздрогнули и, недоумевая, уставились друг на друга. Я не знала, какая пугающая мысль родилась в голове Будущего Короля, но лично я вдруг решила, что к нам, пробив обшивку отсека, стремительно врывается смертоносное вещество.

Пребывая на грани паники, я неожиданно сообразила, что это за звук, и облегчённо вздохнула. Затем последовал нервный смех, в котором я с трудом узнала свой голос.

– Вык-лю-чи… – кое-как проговорила я, пытаясь успокоиться. Кровь прилила к лицу, и мне стало жарко. Я все ещё смеялась, зная, что мой друг даже в мыслях не может прочесть, о чем я говорю, и потому мне пришлось призвать на помощь скудные знания по жестикуляции.

Надо было, наконец, прекратить этот свист! Я показала рукой в столовую. Там… свистел включенный мною прибор для нагрева воды.

Слава богу, он меня понял. Когда он вошел в столовую, то оттуда до меня донесся его смех. В хохочущем состоянии Будущий Король вернулся обратно и еле-еле доложил:

– Выкипел до критического уровня.

Я лишь кивнула головой, чувствуя, как слёзы катятся от смеха по щекам. На бородатого карлика я старалась не смотреть, боясь разразиться очередным приступом смеха.

– Как я могла забыть? Пошли пить кофе, – мне с большим трудом удалось вернуть себе серьёзное выражение лица.

– Я уж решил, сирена сработала, и ждал взрыва, – признался паренёк, перестав хихикать.

– Мне тоже, чёрт знает что, померещилось.

Потом, когда горячие чашки напитка согревали наши руки, смех опять вернулся. Я смотрела на кофе и смеялась не в силах сделать ни глотка. Нам пришлось разбежаться. Будущий Король скрылся от меня в спальне.

Оставшись одна, я спокойно, насколько это было возможно в моём взвинченном состоянии, допила кофе и вернулась к пульту управления.

«Красный Лев» по-прежнему посылал нам сигналы, и я решила ему ответить. Действовать надо было быстро, пока не вернулся второй пилот, и я не передумала.

«Я – «Птичка» – погибаем! Спасите наши души!».

Отправив сообщение капитану «Красного Льва», я прыснула от смеха. Ничего не могла с собой поделать: смешно и всё тут. Казалось, я скорее умру от смеха, чем от иных причин.