Воскрешающая 4. Драконовские страсти

– У всех свои тайны. Носить кларксы не запрещено.

– Ты не боишься, что твои враги могли подослать их, чтобы выведать кое-какие секреты?

– Наши гости совершенно не проявляют интереса к моей деятельности. Но я учту твое предупреждение.

– И наденешь кларкс.

– Обязательно. Наши кларксы все равно лучше, чем у них.

– Кстати, ты еще не запатентовал усовершенствование.

– Потом когда-нибудь. Что там с посохом?

И я рассказала ему о предсказании Вороны.

– Грянет бой? – недоверчиво переспросил Айрен.

– Да, она сказала это голосом Дарьяна.

– Интересно с кем? – он внимательно посмотрел на меня. – С лордом Изеност?

– Ты же знаешь, чем знамениты жители Гобиуса?

– Слышал кое-что…

– Заметь, у лорда глаза как у них.

– Это ничего не значит. У него может не быть способностей к трансформации. И вообще, гости у нас только первый день, а вы оба начали подозревать их во всех смертных грехах.

– Нацтер считает, что они пираты.

– Еще не лучше! Не шпионы, так пираты.

– Я считаю, нужно быть с ними поосторожнее. Все-таки мы первый раз видим этих людей.

– Вот и не надо сразу причислять их к отрицательным героям. А я со своей стороны обещаю быть внимательным. Кстати, раз уж наши апартаменты не годятся для проживания, а соответствующих нашему титулу пока нет, предлагаю поселиться здесь. Тут дверь бронированная, есть потайной выход в комнаты: Армонды и Нацтера.

– Я согласна.

Губы Айрена растянулись в счастливой улыбке.

– Боже, как я счастлив, когда эта женщина во всем со мной соглашается!

Он скосил глаза к потолку, будто действительно обращался к Богу (вот откуда у Армонды появилась привычка закатывать глаза к потолку!), а потом порывисто обнял меня и надолго прижался щекой к волосам.

Я тихонько посмеивалась над ним, напомнив:

– Айрен, ты не запер дверь…

– Неужели?

Он вскочил и заторопился к двери. Потом приоткрыл, выглянул в коридор и, убедившись, что никого поблизости нет, запер ее.

– Надеюсь, теперь нам никто не помешает?

Я улыбнулась.

– Никто.

– А как же пираты?

– Ты мой самый любимый из кровожадных пиратов, – ответила я, постепенно меняя голос на более грубый.

– Ну, все берегись, теперь я буду делать тебя… счастливой!

Удержаться от смеха от его напыщенной серьезностью фразы у меня не было ни единого шанса.