Воскрешающая 5. В объятиях Хаоса. Книга вторая

Потом Тормигон начал читать заклинание, от которого вокруг нас образовался густой зеленый туман. Обстановка приобрела таинственные, пугающие очертания. В тумане вскоре я могла разглядеть лишь светящиеся глаза присутствующих.

И вот слова заклинания закончились. Туман в тот же миг образовал вокруг ритуальной поляны густое кольцо, в центре которого полностью рассеялся. Тормигон снял с жертвенника белое покрывало. Под ним лежал обнаженный младенец – мальчик. Он крепко спал, сжав ручки в кулачок. Даже удивительно, как суета и резкие звуки не разбудили его.

Я решила, что ребенка чем-то напоили успокаивающим.

Конечно, мне было не по себе, смотреть на это беспомощное человеческое дитя и не попытаться ему помочь. Разумеется, я могла решиться на какой- нибудь авантюрный поступок, но что бы изменилось?

– Ты можешь уйти, когда пожелаешь, – напомнил Тормигон, догадываясь о моих чувствах.

«Да, я знаю».

И я осталась стоять на месте.

Кольцо тумана расширяясь, уходило все дальше к лесу. Его фосфоресцирующее сияние пугало спящих в ветвях деревьев птиц и те, встав на крыло, образуя стаи, принялись носиться высоко над ритуальным собранием.

Их крики напоминали щелчки и стоны синих китов, обитающих на Неосфирите, известных мне со времен учебной экскурсии по биологии. И волнительно делалось на душе от них, и жутко. И все больше становилась стая птиц над нашими головами. В черноте неба птиц не было видно, но хлопанье многочисленных пар крыльев заглушало даже треск костра.

Вскоре я заметила, как многие колдуны-зомби, начиная уже самостоятельно проговаривать слова заклинания, стали падать на землю и биться в страшных конвульсиях.

Движения их тел походили на агонию умирающих. Слова заклинания постепенно переходили в истерический хохот, крик и нецензурную лексику. Смотреть на все это было неприятно.

– Они одержимы, – коротко пояснил Тормигон.

«Почему не все?»

– Сегодня их число во много превосходит прошлые ритуалы. Но у тех, кто спокойно смотрит на все это всего-навсего демоны посерьезнее будут.

«Как у тебя?» – коварно поинтересовалась я.

Предводитель зомби предпочел промолчать.

Ребенок проснулся и пока еще как бы нехотя начал покрикивать. Но постепенно плач усилился, и вот уже его крик не могли заглушить даже крики птиц. Плач перешел в истерику.

Хотелось заткнуть уши и убежать.

Внезапно в стороне послышались непонятные шумы и возмущенные возгласы. Колдунов-зомби расталкивала какая-то сила, прокладывая дорогу к жертвеннику.