Дракон всегда прав

Девушка резко дёрнула руку и открыла глаза одновременно:

– Вы кто? Что вам надо? Оставьте меня в покое? Что плохого я вам сделала? – испуганно проговорила она.

– Успокойся, подарочек. Ты что здесь делаешь? Спят в кровати, а не в ванной на полу, – проговорила Зара презрительно. Она сама не понимала, чем так ей насолила Маша.

Маша села, обняв одной рукой колени, а другой подтащила к себе лежащее рядом покрывало.

– Чего столпились? Спектакль, что ли, здесь? Быстро за работу, – приказала хозяйка карлицам.

Те, не медля ни минуты, тут же принялись за дело. Одна достала замоченную сорочку и бросила её в угол. Именно в тот угол, куда Маша скинула свою одежду, когда вставала под душ.

В этот же момент под сырой вещью появилась дыра, куда вещь упала.

– Э-э-э, я не успела её постирать, – Маша в изумлении протянула руку.

– В прачечной постирают, – заметила госпожа. – Так может, ты нам расскажешь, что делаешь на полу в ванной.

Маша посмотрела, как карлицы заканчивали наводить порядок в ванной.

Они стёрли все кровавые пятна, убрали грязные полотенца, протёрли раковину.

– Меня ночью изнасиловали.

Зара в ужасе закрыла рот рукой и сквозь ладони прошептала: «Мне конец!»

Увидев в изумлении поднятые брови госпожи, поспешила пояснить:

– Она девственница. Макс сказал, чтобы её ни под кого и ни за какие деньги не подкладывали. Она должна остаться девственницей до его возвращения.

– Зара, ты меня изумляешь всё больше и больше. Ты сама сколько раз была уже девственницей? Можно подумать, что восстановить девственную плеву такая большая проблема, – хмыкнула хозяйка.

А потом обратилась к Маше: – И кто же, милая, мог тебя изнасиловать? Ты кого-то впустила к себе? Снаружи никто не смог бы войти, только если ты сама не открыла дверь.

– Нет, я спала, когда некто стал меня целовать… А потом, потом мне стало ужасно больно: спину тянуло, живот скручивало. Я встала и у меня по ногам полилась ручьём кровь. Мне стало плохо. Я дошла до ванны и потеряла здесь сознание.

– Ну-ка, ложись-ка сюда, – и врач вытянула из стены массажный стол. – Давай, давай! Ты говоришь, что кровь ручьём лилась. Надо осмотреть тебя, – голос медика был спокойный, словно воспитатель объясняет малышу.

Маша послушно прошла за врачом. Легла. Развела ноги:

– А это не больно? – спросила она, а про себя подумала, что за последнюю неделю уже второй раз её осматривают по-женски. Сначала была Стася, а за ширмой сидел Алекс и ждал вердикт.