Черным по белому

Долгие пару секунд он потратил на перерезание особо толстой и липкой нити, попутно оставив в ней основное лезвие. К счастью, титул давал ему необходимый навык и знание как правильно работать с ножом, а дополнительное лезвие оказалось острее основного.

Не став тратить время на оставшуюся паутину, Виктор просто рванулся, и нити не выдержали, повиснув на его спине и ногах изорванным саваном.

Бросив использованный нож себе под ноги, он прыгнул за своим вакидзаси. Тот оказался на самом конце паучьего брюшка, войдя в него на треть своей длины.

Монстр еще шевелился, даже почти смог подняться, но студент метко впечатал ботинок в единственную на правой стороне лапу, тем самым вновь опрокинув членистоногое.

Рука сама нашарила верную рукоять, и парень с противным чмоканьем вытащил застрявшее лезвие. Освободив свой вакидзаси, парень не стал затягивать с добиванием, быстро и незатейливо разрубив головогрудь чудовища.

Тот что-то возмущенно проскрежетал, пару раз дернулся, и, наконец, затих.

Виктор вздохнул, с толикой сочувствия глядя на убитое чудовище.

Даже в своей смерти монстр впечатлял. Не размерами, а скорее изящностью форм, эдакой машинной законченностью, словно у природы выдалась свободная минутка, и она довела одно из своих творений до смертоносного совершенства. Однако даже его не хватило, чтобы победить истинного короля природы.

Так, краем глаза разглядывая изрубленного паука, парень очищал свой меч от отвратительно пахнущей жидкости.

Внезапно навалилась усталость. В этот раз Виктор был к смерти даже ближе, чем во время боя с рептилоидом.

Сначала засада на лестнице, затем долгая, утомляющая схватка с пауком. А ведь он только на середине пути.

Лезть соседний подъезд резко расхотелось. И дело даже не долгом и нудном разрубании кучи паутины. Мало ли что скрывается на чужой территории? В случае чего, он даже не сможет забежать в квартиру. А если и сможет, то там его будет поджидать что угодно, от толпы мертвецов, до постельного клопа размером с кровать.

"Кстати о паутине", – Виктор подошел к запеленутому в кокон человеку.

Он явно был не жилец: запах гнили выбивался даже из-под плотной паутины.

Человек едва слышно стонал и время от времени извивался, без всяких сомнений испытывая невероятные муки. Быть заживо перевариваемым желудочным соком монстра на протяжении многих часов в коконе… Даже привыкшего к ужасам студента передернуло. Единственное, что он может сделать для этого бедолаги – подарить ему избавление от боли.