Моя революция. Сборник рассказов

Переполненный страхом, я первым делом попросил у Хряка, чтобы он освободил меня от верёвок, и мы могли выбраться из того пугающего места, живописно украшенного внутренностями и конечностями сектантов. Хряк сощурил свои маленькие глазки, от чего те стали напоминать две тоненькие ниточки, и сказал:

– Хорошо. Будем считать, что сейчас я просто проведу демонстрацию своих способностей. Но в следующий раз будь добр преподнести эти так называемые "Тыквенные семечки" прежде, чем просить о чём-либо.

– Хорошо, хорошо, – тут же закивал я.

 – Как только выберемся я сразу же куплю тебе их в ближайшем магазине.

Хряк щёлкнул пальцами, и мы оказались в городском парке. Зимой. В снегопад. Мороз тут же пробрался под кожу и я, пытаясь хоть как-то укутаться в жертвенную “ночнушку”, надетую на меня перед церемонией, делал всё возможное, чтобы не околеть. Свиноподобный демон оценивающе меня оглядел, ещё раз щёлкнул пальцами и чувство холода отступило. Я озадаченно посмотрел на моего спасителя.

– Если ты умрёшь, не сможешь дать мне этих… как их там… тыквенных семечек.

Ну, как бы да. Вот только: что будет дальше? Решит ли он, что семечки не стоят того, чтобы за них исполнять чужие желания? Авансом или нет – не важно. Вызывая в прохожих удивлённые взгляды, я побрёл к ближайшему магазину, чья вывеска ярко горела даже сквозь снегопад. Услышав незнакомую речь, я сначала опешил, а потом начал искать подсказки, чтобы понять: где именно я оказался? Выйдя к ограде, я понял, что не нахожусь даже в своей родной стране – все вывески были на каком-то иностранном языке с забавными загогулинами.

Стало страшно. Один, в чужом месте, окружённый незнакомым языком, на неизвестной точке на карте – где здесь хоть что-то хорошее?

– Где мы? – сдавленно спросил я своего демона.

– Это имеет значение?

– Да.

– Почему?

– Потому, что это не мой город.

– И что?

– Я не могу гарантировать не только то, что в магазине будут тыквенные семечки, но и то, что смогу договориться их взять в долг в таком-то одеянии, – я указал на всего себя.

– И что?

Вопрос Хряка поставил меня в тупик. “И что?” Да, ничего! Я неизвестно где! Выгляжу, как сбежавший из психушки. И плюс ко всему не способен ни с кем объясниться, чтобы попросить помощи. От накопившегося напряжения меня пробрал истерический хохот. Я смеялся так долго, что у меня из глаз потекли слёзы, а люди, и так сторонившиеся меня, начали беспокойно искать свои телефоны. И вряд ли для того, чтобы сделать селфи с сумасшедшим.