Иннокентий Маковеев. Повести

Вдруг я смутно различаю, что на меня валится соседнее дерево – старая сосна, высохла, низ подгнил, порывы ветра раскачали её и сломали. Я отскакиваю в сторону. Сосна с грохотом падает на землю рядом со мной.

Раздаётся хруст. Я озираюсь по сторонам – надломленная сосна, повисшая на здоровой, слетела с ветвей и рушится на нашу бригаду.

– Берегитесь! – кричу я.

Отец рефлекторно поднимает голову, чтобы оценить ситуацию. Я бросаюсь к нему, но мне не успеть – нас разделяют десять метров. Отца толкает один из лесорубов, и их обоих накрывает сосной.

– А-а-а! – раздаётся вопль.

– Жердь! – кричу я. – Скорее!

Мы с Эйденом подкладываем две жерди под упавшую сосну, кое-как приподнимаем её и сдвигаем в сторону. У отца кровавая рана на бедре – его задело сучком. Второй лесоруб лежит без сознания. Нет, он не дышит, погиб. Ему раздавило грудину. Зрелище не для слабонервных, кто видит, морщится и скорей отворачивается.

– Как ты? – спрашиваю я отца.

– Нога…

– Не сломана?

– Кажется, нет.

Отец пробует сгибать ногу. Бедро имеет естественный вид. Вроде, всё не так плохо. Вместе с Эйденом уносим отца в бытовку, усаживаем на стул. Я разрезаю штанину комбинезона отца, обрабатываю рану, перевязываю. Кровотечение слабое, уже заканчивается. Отцу нужно будет принять антибиотик, есть вероятность заражения крови. Наша семья может позволить себе купить сильнодействующее лекарство.

– Все поняли, что случилось? – щурится друг погибшего долговязый с прыщавым лицом.

Я знаю, к чему он клонит. И как ему не стыдно говорить об этом сейчас – тело лесоруба ещё не успело остыть?! В городке существует неписанное правило: спасение за спасение. Если кто-то спас кому-то жизнь и при этом погиб, то спасённый человек должен вернуть долг его семье. За редким исключением это значит, что нужно будет вызваться на арену вместо кого-то из родственников погибшего. Подобные долги переходят из поколения в поколение, если о них помнят. Откажешься меняться и участвовать в играх, тебя сочтут бесчестным, это ударит по репутации твоей семьи, вас перестанут уважать. Прежде мы никогда не были кому-то должны, нам тоже не были обязаны. Ситуация крайне неприятная.

Командир бригад зол, ругает отца из-за того, что на производстве произошёл несчастный случай. Вообще-то он виноват – из-за него мы нарушили технику безопасности. Последствия трагические. Прочитав гнев в моих глазах и в глазах Эйдена, столичник охлаждает свой пыл.