Тридцать восемь сантиметров

Я предложил приклеить его, на что мистер Долсон гневно махнул рукой.

-Какой клей? Вся западная цивилизация, построена знаешь на чем?– произнес он.

– На чем, мистер Долсон?

-На скотче, Макс. Только на нем! Это у вас, в вашей дикой стране, все делается на болтах, завернуть которые можно с помощью десятка рабочих. Вы страдаете от этого, потому что не видите изящных решений. Создаете самолеты, над которыми надо работать отбойным молотком. Машины из бетона. И все потому, что вы люди из прошлого.

Дикари. Варвары, которым чужда свободная мысль и понятие западной демократии. А вообще, чем стоять таким ослом и слушать меня, пойди, и возьми этот чертов телефон. У меня уже голова отваливается.

Телефон за стойкой требовательно звонил. Словно скучал там, в одиночестве, скрытый между бутылок маленького марокканца. Я поднял трубку, ощущая взгляд Лорен. Она всегда рассматривала меня своими странными глазами. Иногда в самый неожиданный момент, когда я был занят чем-нибудь, я поднимал глаза и ловил пристальный взгляд.

Улыбалась мне полными губами, перекатывая пальцами красный детский помпон на связке ключей. Он приносил ей счастье. Наивный фетиш маленькой и храброй Лорен Битти, не ожидающей ничего хорошего от настоящего, но уверенной в своем будущем. Странная вера для девчонки ежедневно полирующей шест грудью.

-Добрый день, мальчик мой!

-Здравствуйте, мистер Стирлинг.– мне хотелось послать его, за этого раздражающего «мальчика». Но я сдержался.

-Я, собственно, по поводу нашей беседы. Было бы вам интересно поменять место вашей работы? Есть очень интересное предложение, я могу все устроить.

– Какая работа? –уточнил я.– Мне бы хотелось учиться в Антонии, сэр.

-Надеюсь, вы меня поймете, это выше моих сил. Решение совета я отменить не могу.

Конечно, ему бы не хотелось, чтобы я там учился. И не терпелось избавиться от меня, собственно этим обстоятельством и был вызван этот звонок.

«Не заметили ничего необычного, сэр?» – я припомнил глаза сержанта О’Хара.

 – «Наш участок выше по улице, сэр»

Выше по улице. Прошло всего десять часов, а профессор уже все утряс. Мало ли? Вдруг я вспомнил что-нибудь в полиции? Запасов травки, изъятых при обыске у Тото, хватило бы на несколько лет питания в два с половиной фунта в день за государственный счет. И выпутаться из этой истории не было никаких шансов. Ни у него, ни у меня. Все это я понимал.