Проект особого значения

Но что самое удивительное, сюда к «Берлоге» они подъехали на такси с водителем. Улыбаясь безгубым ртом с треугольными зубами, тот распахнул дверцы зеленоватой рукой, смахивающей на лапу ящера, и они уселись на широком диване, рисунок которого весьма напоминал кожу хозяина экипажа. Водитель крутил штуку, похожую на штурвал, и машина ехала, не скользила на магнитной подушке, а именно ехала колесами по дороге. Весь недолгий путь рептилоид, не умолкая, трещал, что только на Дионе люди живут нормально, и пусть заезжие туристы, имелись ввиду, естественно, Гена и Ксения, посмотрят, как надо жить, а то на Земле давно забыли, как это делается, отдавшись на волю искусственного интеллекта.

Здесь-то нейросети нет и в помине.

Еще год назад Диона была фронтиром. Люди стекались сюда в поисках необычной жизни. Многим хотелось жить не так, как в освоенных мирах Альянса. И здесь хватало стариков. Руки-корни, вцепившиеся в остатки жизни. Улыбки, собиравшие лица морщинами – крохотные дюны на берегу океана смерти.

И опять завертелось: «Почему они так? Отказались от перманентной молодости. Откажутся ли они от бессмертия? Мы работаем, чтобы сломить чертов ген летальности, продлить жизнь до пятисот, ну хотя бы на первых порах до трехсот лет. Сколько десятилетий на это потрачено! А они скажут: «Нам не надо». Хотят остаться мотыльками, прожить короткий век, отпущенный злой бабкой-природой?!». И Петров вдруг подумал: «А не был ли этот мир более человечным? Несмотря на лихие модификации внешнего облика, на преступные схемы, грехи и пороки. Может быть часть человечьей натуры сбежала на фронтир из вычищенных (выхолощенных) миров ближнего космоса?» Ответа не было.

Грустные мысли отвлекли Гену и начало разговора он пропустил. Но и дальше понять ничего не удавалось.

– Карботитановые жиклеры, три штуки, элероны из синткупрумина, шесть пар, – диктовала Ксения.

Ассистентка возразила:

– Синткупруминовых нет. Только плексикупруминовые. Они более современные и…

Ксения перебила:

– Вот именно, современные.

У вас же антикварная лавка. Мне нужен антиквариат, а не просто подержанные детали.

Хозяйка лавки потупилась:

– Приношу извинения. Синткупруминовые поступят только через месяц. И цена на них, к сожалению, – она очень убедительно прижала планшетик к груди, – будет выше, чем в прошлый раз. Дефицитный товар. Только поэтому я взяла на себя смелость предложить более поздний аналог.

Наконец, заказ был сформирован.